– Это длинная история. – А я не спешу. – Женщина бросила взгляд в сторону лазалки и крикнула: – Слава! Осторожней! И Таня, повинуясь неясному порыву, рассказала о том, как упала в озеро, как потеряла память, и вот уже почти месяц живёт с человеком, который спас её. Так легко было говорить с незнакомой женщиной, которая участливо и внимательно слушала её. Возможно, потому что, кроме Вани, она ни с кем не дружила, и Тане не хватало общения. – Он очень добр, – заметила женщина. – Да, это так. – Таня не сдержала улыбки, снова поражаясь теплоте, которая разливалась по телу каждый раз, как она думала про Ивана. – А меня Лена зовут. И можно на «ты». – Очень приятно. Таня. – Тебе идёт это имя. Ваня выбирал? – догадалась Лена. – Да. Так его маму звали. – Широкий жест. Тебе повезло с ним. Да, так и было. Таня знала это. Её пугали чувства, которые всё явнее проступали в её сердце. Ваня был ей дорог и близок. Но она боялась, что её воспоминания о прошлой жизни разрушат то, что начинало зарождаться между ними. Да и к тому же, Ваня одинок. И ему так жить явно нравится. Вряд ли он счастлив, что она свалилась ему на голову, и скорее всего, будет только рад, когда она уедет. Когда Таня поднималась со скамейки, прощаясь с новой знакомой, мальчик-трёхлетка заверещал изо всех сил «Мама!» – и Таню вдруг накрыло волной тоски и боли. Она не понимала, с чем это связано, но ей стало так плохо, что закружилась голова, стало трудно дышать, и она ухватилась за спинку лавочки, чтобы не упасть. – Ты в порядке? – с тревогой спросила Лена. – Да, просто голова заболела. Так бывает. Лена поспешила на выручку сыну. Таня какое-то время стояла у лавочки, приходя в себя. Мир постепенно прекращал кружиться, и всё внешнее пришло в норму, но внутри она чувствовала дикую усталость и боль. Таня побрела домой, с трудом различая дорогу. Слёзы застилали глаза. Боль была такой сильной, почти невыносимой. Таня прижимала сжатые в кулаки руки к груди и плакала, кусая губы, боясь, как бы из неё не вырвались громкие рыдания. «Что со мной?» – в панике думала она, но память отказывалась дать ей ответ. Она вернулась домой вымотанная, словно пробежала марафон. Прошла к себе и легла на кровать. Постепенно боль отступала, но крик мальчика «Мама!» до сих пор эхом отдавался в ушах. В дверь раздался тихий стук. – Тань? Ты в порядке? – Ваня просунул голову внутрь. – Я слышал, как ты вошла, но ты не отозвалась… – А? – Таня возвращалась к реальности. – Что-то случилось? – Он вошёл и приблизился к её кровати. – Нет. –