смотрела на него. – Начинаем с заготовки и эскиза, – начал он объяснять. – А без него не можешь? – Я могу. А тебе не советую. Так нагляднее. – Иван взял карандаш и сделал две разметки вдоль и поперёк бруска. Потом отметил двумя чёрточками глубину. Он видел, что Таня внимательно наблюдала за каждым его действием. – Здесь будет черпак, а это середина. Теперь делаем запил. Вот здесь. До глубины ложки. Это нужно, чтобы, когда мы будем срезать дерево, мы не срезали больше или меньше, чем нужно. Берём стамеску и убираем лишнее. Это и будет заготовка. – Иван принялся срезать куски дерева. – Вот так. Поняла? Попробуешь? – Конечно, я тут, чтобы учиться, а не смотреть! Таня села на его место, а Иван встал позади, чтобы наблюдать и поправлять. Её тонкие пальцы плохо держали инструмент, было видно, что действия ей непривычны. Но она старательно повторяла движения Ивана. – Хорошо… – подбадривал он. – Так, переверни теперь заготовку, со стороны черпака надо сделать то же самое. Ну что ж, для новичка ты молодец. Теперь смотри. Возьмём полукруглую стамеску и будем вычёрпывать лишнее дерево из нашей ложки. Он показал как и передал стамеску Тане. Чтобы показать ей движения, он накрыл ладонями её руки и, двигая её кистями, принялся вырезать дерево. – Поняла? – спросил он, повернув к ней лицо, и только сейчас понял, что она близко-близко и смотрит на него во все глаза. Он заметил, как его дыхание сбивает прядки её волос, и как раздулись её ноздри, когда она сделала глубокий вдох. Непроизвольная дрожь прокатилась по его телу, и сердце забилось гулко, особенно когда она вдруг перевела взгляд на его губы. Мгновение длилось и длилось, и Ваня знал, что должен сейчас отступить, что то, что ему хочется сделать неправильно, но бороться было слишком тяжело. Сделав над собой титаническое усилие, он выпрямился и напустил строгий вид. – Ну, теперь сама. Щёки Тани покраснели, и она отвернулась, принимаясь за работу. Ни разу ещё ни у одного новичка не получалось сделать черпак сразу гладким. Но она старалась. – Неровно, – пожаловалась она тоном обиженного ребёнка, и Иван не сдержал улыбки. – Это ничего, ты просто не приспособилась. Он в несколько движений довёл черпак до нужного состояния. – Продолжаем? – Конечно. Это ведь ещё не ложка! Иван засмеялся. Эта девушка была самым необычным созданием, которое он когда-либо видел. Хрупкая и нежная, как птичка. Вместе с тем решительная и целеустремлённая. Он взял карандаш, нарисовал будущую ручку и очертил овал ложки. Ножовкой снова сделал запилы