подальше, ему не хотелось, чтобы их отвлекали. Таня так осмелела, что оторвала левую руку от лодки и осторожно кончиками пальцев погладила воду. Ваня внимательно наблюдал за ней. Иногда она напоминала ему ребёнка, который только знакомится с этим миром. Ей всё было интересно. И тот чистый восторг, с которым она отзывалась на самые простые вещи, неизменно вызывал у него щемящее чувство в груди. Она встретилась с ним взглядом, и он не смог сдержать ответной улыбки. – Нравится здесь? – Да. – Она набрала в грудь воздуха, как будто собиралась ещё что-то сказать, но покачала головой и отвернулась, снова начав перебирать пальцами воду. – Однажды меня катали на лодке. Было очень жарко, и я вот так же опускала руку в холодную воду. Ваня едва дышал. Каждое её воспоминание появлялось внезапно. Это всегда были обрывки без конкретных лиц и имён. На уровне ощущений. – Я не помню, кто был со мной тогда, – она снова посмотрела на Ваню. – Но мне с ним было так же надёжно, как с тобой. – Это был мужчина? – Конечно, да, он был в этом уверен. Вопрос в том, как давно это было, что это был за мужчина. – Я была маленькой, мне было лет… десять? Кажется. Он попытался сдержать вздох облегчения, но ему это не удалось, судя по смеху Тани. Какое-то время они молча покачивались на воде, Ваня почти не грёб, лишь слегка опуская вёсла. – Так странно… Мои воспоминания никак не связаны с конкретными людьми. То есть… – Таня нахмурилась, – я не помню лиц и имён. Не знаю, кто я. Но я точно помню, что тот день был. Я плавала на лодке с кем-то, кого не могу вспомнить. И это было лучшее, что случалось со мной за долгое время. – Может, это был твой папа? Или дедушка? – Может быть, – Таня пожала плечами. Она встряхнула головой и сказала: – Давай пить вино и есть клубнику. Я не хочу портить это свидание. Своё первое свидание в новой жизни. – Второе, – поправил Ваня. Он закрепил вёсла в уключины и поставил корзину в центр лодки. Пока он возился с бутылкой вина, ловил на себе Танин взгляд и чувствовал себя совсем юным и до безумия влюблённым. Наверно, так ощущают себя подростки, для них нет условностей, общественного мнения и правил, у них просто есть чувства. И они кажутся самыми настоящими. Да наверно, такими и являются. Почему Таня так действовала на него? Ваня был уверен, что закрыл сердце на сотни замков. Но каждая улыбка, каждый Танин взгляд по одному срывали эти замки, в итоге обнажив его душу. Оставив его перед ней беззащитным, ранимым, но живым и настоящим. Только с ней он снова искренне смеялся