себе под нос, замыкаясь только при очередном приступе мигрени. Это были чёрные часы жизни, когда её не покидала смутная тревога о будущем и терзали образы из прошлого, которые она не могла ни назвать, ни описать. У них не было лиц и имён. В них были только страх и боль. В такие минуты она чувствовала, что что-то должно случиться. Вот-вот, уже скоро. Но что это и связано ли с настоящим или это лишь видения из прошлого, она не знала. – Иногда мне очень страшно, – говорила она Ване. – Чего ты боишься? – спрашивал он, поправляя её волосы – ему нравилось перебирать их пальцами. Юля терпеть этого не могла – говорила, что он портит ей причёску. – Я не знаю. Боюсь, что моё прошлое отвернёт тебя от меня. – Не думаю, что ты серийный убийца, – а это единственная причина, – пытался шутить Ваня. – Я серьёзно говорю, – притворно возмущалась она, а в душе ликовала: она нужна ему! – Я тоже. Ты нежданный свет, который сделал мою жизнь ярче. Я так привык быть один. Сам по себе. Не доверяя почти никому. Сторонился людей. Ну, что я рассказываю, ты и сама знаешь. – Она знала. – Но ты… это что-то особенное. Иногда мне тоже страшно. Ты исчезла из своей прошлой жизни и оказалась со мной. А вдруг ты так же исчезнешь и из моей жизни? – Нет. Нет, этого не будет! – Её пугали эти разговоры не меньше прошлого, скрытого от неё памятью. Таня прижималась к Ване, вдыхая его запах, и ей тут же становилось лучше. *** Однажды, когда Ваня был сильно занят в мастерской, Таня ушла гулять одна и снова вышла к той площадке, спрятавшейся в лесу. Она не бывала там с того дня, когда познакомилась с Леной. Её напугали беспричинные слёзы, а ещё больше – мысль, что она может быть плохой матерью, чей ребёнок или погиб, или оказался в детском доме из-за её оплошности. – Таня! Рада тебя видеть, – приветствовала её Лена. – Ты больше не появлялась, я уж думала, что это мои шумные ребятки тебя так достали. – Ну что ты! Они чудесные. – Ага, потому что тебе не приходится с ними жить, – рассмеялась Лена. – Как у тебя дела? Ты прям цветёшь. – Как не цвести, когда вокруг такая красота! Лето, солнце, зелень – это счастье. Я иду, дышу сосновым воздухом и чувствую себя счастливой. – А я уверена, что дело не только в свежем воздухе. А кое в ком другом. Я права? Таня покраснела, отводя глаза, но кивнула. – Значит, твой спаситель оказался не просто спасителем, но и возлюбленным? Таня снова кивнула. Ей не хотелось вдаваться в подробности, но она думала, что никогда не чувствовала себя такой счастливой. – Матюша, осторожней