не получается. Неужели я никому не нужна? Сколько я здесь? – Три дня. – Три дня, и всем плевать! – в её голосе снова послышались визгливые нотки, и гости соседки опять умолкли, повернувшись к ним. Иван слабо улыбнулся им, как бы извиняясь, а сам уже проклинал себя за то, что вообще сюда пришёл. На что он рассчитывал? Ждал слёз радости и благодарности за спасение жизни? Надеялся, что она расскажет ему, почему прыгнула в воду ночью в конце апреля? – Нет, что вы, наверняка есть люди, которые вас ищут. – Правда? – она посмотрела на него с такой надеждой, что он просто не смог ничего с собой поделать и продолжил говорить. – Конечно, правда. Я уверен, эти люди с ума сходят от волнения. Скоро они найдут вас, и вы будете в окружении любимых… Губы девушки скривились, и она вдруг заплакала. Тут уж родня соседки совсем не выдержала. Они позабыли про неё, с любопытством глядя на происходящее на другом конце палаты. – Ну что вы? Не надо так… прошу вас… Но девушка не слушала его. Тихие всхлипы сменились громкими рыданиями, и Иван окончательно растерялся. – Бедняжка, – покачала головой дородная дама слева от соседки. – Может, медсестру позвать? – спросил мужчина рядом с ней. Он смотрел на рыдающую девушку неотрывно, и этот взгляд Ивану не нравился. Но медсестра и сама уже вбегала в палату со шприцем в руках. Иван поспешно встал. – Сидите, я быстро, и она успокоится. Не пришла на укол, и вот, пожалуйста. Иван отвернулся, когда медсестра бесцеремонно сдёрнула одеяло с нижней половины девушки. Он заметил, не без облегчения, что и гости соседки по палате опустили глаза. – Я боюсь, что вам лучше сейчас уйти, – сказала медсестра Ивану. – Ей нужен отдых. – Да, конечно, – он поднялся. – Подождите! – девушка поспешно схватила его за руку. – Вы ведь придёте ещё? Я никого здесь не знаю… – Обязательно, – ответил Иван, и тут же проклял себя за это обещание. Он жил себе спокойно, никого не трогал, а тут свалилась на его голову… – До свидания. *** Обещание пришлось сдержать. Он пришёл к ней и на следующий день. – Вам лучше? – Не знаю. Руки болят, – она показала исколотые иглами для капельниц вены. – Это пройдёт, – успокоил он её. – Скоро вы поправитесь, и вас выпишут, поедете домой… Иван прикусил язык. Куда она пойдёт, если ничего не помнит? Но девушка не отреагировала. Может, она была под седативными, подумал Иван. – Можно вас попросить? – вдруг спросила она. – Конечно. – Назовите меня. – В смысле? – Имя. У меня нет имени. Меня бесит, что меня называют пациенткой. Вы тоже никак ко мне