Возвращаюсь мыслями в день, который изменил все.
…Я только узнала, что беременна, у меня появился смысл жизни, а теперь его хотят отнять⁈ Не позволю!
— Лейла… — говорит отец, а я его сейчас так ненавижу.
Я вообще не отдаю отчет в своих действиях. Я только знаю, что должна защитить своего ребенка любой ценой.
— Пусть не подходят!
— Успокойся.
— Если ты что-то сделаешь с ребенком, — обнимаю себя за живот. — Я убью себя, я тебе клянусь. На твоих руках будет на два трупа больше.
Отец отшатывается, словно от пощечины. Я прямо встречаю его взгляд.
— Если есть хоть доля опасности для твоего здоровья, то беременность прервут, — говорит он холодным тоном. — Ты моя дочь, и я никогда не буду рисковать твоей жизнью.
Я его понимаю. Сейчас я прекрасно его понимаю.
— А я буду защищать своего ребенка. Ты не посмеешь.
Он видел, что я не шучу. Я готова драться и дам любой отпор. Если я почувствую угрозу, возьму в руки пистолет и всех убью.
Медперсонал вышел из палаты, и мы остались с отцом вдвоем. Я видела, что он боится, переживает. Провел рукой по волосам и остановился, плечи опустились, он шумно выдохнул. А мое сердце вновь и вновь разбивалось на части. Мне так нужна была его поддержка.
— Папа, пожалуйста… — прошептала я.
— Я не переживу, если с тобой что-то случится, Лейла. Я тебя так сильно люблю.
— Ничего не случится, — улыбаюсь дрожащими губами.
Отец делает шаг ко мне и раскрывает свои руки для объятий, как всегда. Я подхожу и обнимаю его в ответ. Снова плачу, но уже совсем по другому поводу. Я чувствую его поддержку.
— Ты станешь дедушкой, — смеюсь сквозь слезы.
Он ничего не отвечает, просто крепче обнимает к себе.
Я осталась в больнице. Мне снова и снова проводили какие-то анализы. Но я даже не хотела слушать ничего, я принимала только позитив.
Беременность проходила очень тяжело. Вспоминать то время даже не хочется. Мне действительно было плохо, я похудела, но верила в лучшее! И я знала… Что никто не хотел этого ребенка. Я это понимала. Помню, как подслушала разговор Эмилии и Зары, где первая сказала, что одна я бы смогла еще найти мужа, но с ребенком, еще и разведенка… Для них всех мой ребенок был просто помехой какой-то! Как? Как такое можно говорить? Мой малыш для меня — центр моего мира! Я так сильно уже люблю этого кроху. Пусть все идут в жопу. Меня не сломить. Я все выдержу.
Мне так не хватало Адама. Первое время я думала, что он вернется. Во мне была вера, что он каким-то образом выбрался из машины. Это же Ибрагимов, он все может! Но проходили долгие недели, месяца, он ко мне так и не вернулся…