— Мы тоже соблюдаем традиции. И я не считаю, что традиция кровавых простыней устарела. Это обязательная часть для завершения союза.
Я не выдерживаю и громко фыркаю. Вино дало о себе знать. Да и язык за зубами я никогда не могла держать. Знаете, есть люди, которые не знают, когда надо вовремя заткнуться. Вот я одна из них.
— Ты с чем-то не согласна, Лейла? — смотрит на меня своими бусинками.
Я отпиваю еще вина, ставлю стакан на стол и только тогда отвечаю.
— Лицемерно, не находите? Вы хотите и семьями объединиться, и традиции соблюсти. Разве можно получить все и сразу?
— Кто мы без традиций? Просто варвары.
— А с ними — нет?
— Лейла, — слышу предостерегающий голос отца.
Но меня уже несет.
— Допустим, не будь я чистой и невинной, Вы бы отказались от брака? Да никогда. Так что не надо тут про традиции.
— Ты бы этим опозорила в первую очередь отца. Но ты права, мы бы все равно приняли тебя в семью. А нам есть о чем переживать?
— Есть, — говорю я, за столом воцаряется тишина.
Я кожей чувствую ярость отца. Даже Зарина испугалась.
— Я никогда не полюблю Вашего сына. Если Вы готовы, чтобы он всю жизнь прожил без любви и со стервой под боком, то да, есть о чем переживать.
— Любовь? — усмехается старик, заметно расслабляясь. — Кому она нужна, дитя? От нее одни проблемы. Нет ничего лучше выгодного брака.
— Если бы человек, которого я люблю, сейчас вышел из комы, то я бы послала этот выгодный брак куда подальше.
— Амирхан, твоей дочке палец в рот не клади, — шутит Энвер.
Но я чувствую, что ему не нравится, как я себя веду с ним. Он привык к другому. Наверное, дома он настоящий тиран. Я не его забитая жена, он мне никто, и молчать я не собираюсь.
— Откушу по локоть, — говорю и салютую бокалом.
Глава 7
Лейла
По дороге домой папа устраивает настоящую головомойку.
— И когда ты пить начала? Борис за тобой вообще смотрит?
— Мне восемнадцать, помнишь? — я откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза.
— И ты решила стать алкоголичкой? — давит отец.
— У человека должно быть хобби, — отвечаю с невинной улыбкой на лице.
Вижу, как у отца начинает пульсировать жилка на лбу.
— Не надо было так разговаривать с Энвером. Нужно проявить уважение.
— Уважение? Я его даже не знаю, за что его уважать?
— Лейла, — устало говорит.
И я вижу, что он действительно устал. Под глазами темные круги, и лицо немного осунулось.
Зара сидит рядом с папой, а он держит ее за руку. Грудь прошибает током, словно ударил кто-то. Они же искренне любят друг друга, я тоже так хочу.
— Пап, зачем тебе все это? — тихо спрашиваю.
Он хмурится, не понимает, о чем я.