Руэри одним взглядом оценил мастерство работы с оружием его неожиданного противника. Высокое, очень высокое! Чаще всего те, кто использует в бою парное оружие, почему-то делятся ровно на две категории — идиоты, выбравшие не то что должны были, и мастера. Идиоты путаются в собственных движениях, становясь легкой добычей почти любого противника. А мастера предпочитают «вязкий» стиль боя. Оружие в их руках не обладает всесокрушающей силой, однако они умудряются совершать сразу два действия одновременно — подвиг, неподвластный никакому другому боевому стилю. И адепт такого боя оказался как раз перед юношей! Однако, всегда есть иной путь…

Ланти предвкушающе ухмыльнулся:

— Тебе никуда не деться, щенок!

Небольшое онемение расползлось от левой ноги, куда попала стрелка. Юноше оставалось только благодарить духов, за то что перед боем он проглотил универсальный антидот. Если бы не это — простым онемением он бы точно не отделался!

Левый клинок метнулся вперед, пытаясь добраться до Руэри, когда правый оставался рядом с телом, в готовности блокировать внезапную атаку саблей. Юноша отступил, направив удар на «ближнюю» к нему ногу, реализуя преимущество более длинной сабли.

Дзиннь!

Металл двух оружий встретился.

Дзиннь! Дзиннь! Дзиннь!

Руэри обрушил множество ударов на своего противника, но даже с его мастерством ничего не выходило — наемник с легкостью блокировал его удары, продолжая наступать. А ведь они были в узком проходе, который в принципе не давал маневрировать, к тому же за спиной — тупик! Это понимал и Ланти, для которому ограниченное поле боя играло на руку.

— Я все равно тебя убью! Прими мой могучий удар! — внезапно взревел Руэри, замахнувшись саблей. Наемник инстинктивно сосредоточил внимание на оружии… и закономерно пропустил горсть обыкновенного песка, который юноша бросил в глаза другой рукой.

— Ах ты ублю…

Сабля просвистела в воздухе, зигзагообразной траекторией обойдя оба клинка Ланти, и разрубила грудь наемника. Мужчина рухнул на землю, а Руэри перевел взгляд на оставшихся противников. Парализованные, не способные оказать сопротивление, им оставалось только проклинать его. Или молить о милосердии… Впрочем, если бы на его месте действительно был настоящий юноша, еще не познавший мир, возможно, что-то бы и вышло. Но против Руэри, пусть и утратившего часть памяти — бесполезно. Враг, которого ты отпустил, может вернутся с подкреплением — вот во что свято верил он, не собираясь оставлять никого в живых.

Несколько проклятий и коротких воплей — вот и все, что услышал последний наемник, перед тем как упасть… После чего юноша облегченно выдохнул: