— Кто был? — хрипло проговорил мужчина в шляпе. Он рывком поднял руку, будто за верёвку кто-то потянул. Вытянутый палец указал на стену, откуда девушка только что оттирала кровь красавчика.
— Простите, аджосси, я вас не понимаю, — нахмурилась Ха Юн.
Мужчина сделал ещё один шаг к ней. Блуждающий взгляд сконцентрировался и нашарил её лицо.
— Как… его… звать? — спросил незнакомец.
— Кого⁈
Палец с неостриженным ногтем снова ткнул в стену, где несколько минут красовался кровавый отпечаток владельца психованного кота.
— Я прошу вас уйти. — Теперь этот человек её пугал. Очень сильно пугал. Ха Юн даже попятилась, заслонившись от посетителя коробкой с «Лего» по «Звёздным Войнам».
— Хочу… знать… имя… — Мужчина в шляпе сделал ещё один шаг и ощерился совсем по-собачьи. Ха Юн могла поклясться, что одновременно с этим наморщила морду и оставшаяся снаружи магазина мелкая псина.
Девушке стало совсем страшно.
Глава 23
После нашего возвращения из Инчона кот около часа мучал меня расспросами по изменениям. Найденная руна снова оказалась частичной и не совпала с другими находками. По крайней мере, так мне сказал Страйгор.
Под градом вопросов от Повелителя Верховных Сил я мялся, маялся и почему-то вспоминал школу и преподавателя по литературе Бориса Анатольевича. Фамилию его не запомнил, а вот уничижительный взгляд сквозь толстые линзы пронёс через всю свою жизнь.
И, получается, успешно перетащил этот бесценный «подарок» уже в следующую. М-да, школьный преподаватель отбил в зародыше интерес к тому, что хотел сказать автор, никогда больше столько немого презрения в мой адрес не изливалось. До сегодняшнего дня. Взгляд Страйгора был гораздо выразительнее, потому что он в выражениях не стеснялся.
Так что я в очередной раз физически ощутил свою никчёмность, и на этом этапе наше занятие по управлению силой рун успешно подошло к концу.
А потом наступил вечер. Вечер, в котором ко мне внезапно пришло осознание, что мы добрались до критической рунной массы. Выяснилось это очень буднично и незаметно. Не случилось ярких вспышек и прозрений. Просто во время медитации мне показалось, будто в глаз что-то попало. Я старательно следил за дыханием, не позволяя себе вывалиться из транса, но этот волос, будто застрявший на периферии зрения, не менее старательно требовал моего внимания. Однако высшая цель самопознания — это способность терпеть такие лишения. Так что я воспринял досадную помеху как вызов своему самообладанию.
Правда, как только медитация закончилась, то сразу попытался смахнуть чёртов волос. Но он, о удивление, не смахнулся. Мало того, я понял, что досадная помеха зрению имеет необычный синий цвет и это совсем не свойственно волосам, а особенно моим.