Вспомнился мультфильм, где крыса командовала поваром. Вот какова глубина твоего падения, Серёжа.

Первый час нашей прогулки закончился тем, что я остановился у какого-то уличного кафе, где с удовольствием умял сэндвич с рыбой. Кусочек просунул сквозь прутья клетки, но Страйгор вытолкал его обратно лапой. Ничего, мы не брезгливые. Мы доедим то, что выплюнула кошка. Потому что вкусно, ну. Я поставил сумку на столик перед собой, так чтобы видеть кота в процессе еды.

— Далеко ещё?

«Не знаю, человек! Иди прямо!»

— Ты мне хотя бы ориентиры можешь дать своего предчувствия? Сколько ещё идти? До границы с Россией-матушкой?

«Не волнуйся, человек. Так далеко тебе не надо. Терпи, и мы дойдём».

— Мы? Ты, между прочим, тяжёлый. Тебе нужно больше двигаться, в самом деле. Или я тебя слишком перекармливаю.

Мимо прошла стайка девушек, все в разноцветных защитных масках, но глазки старательно подведены. Красивые. Девушки посмотрели на меня, затем переглянулись друг с другом и прыснули со смеху. Веселье понимаю, сложно по-другому отреагировать на чудака с сэндвичем, говорящего с котом.

Доев бутерброд, я тяжело вздохнул и взял сумку переноску. Она и в самом деле будто тяжелее становилась с каждой минутой. Руки так отвалятся, в конце концов. Этот Чон Ван Ги ничего тяжелее мышки в жизни не держал.

Перед тем как двинуться в путь, я уточнил у Страйгора направление, и тот молча ткнул лапой в нужную сторону. И где-то минут через тридцать, когда я в очередной раз перекинул переноску из руки в руку, из сумки отчётливо мяукнуло.

Я тут же посмотрел налево. На той стороны широкого проспекта виднелся узкий тёмный переулок. Где-то когда-то мне доводилось читать про низкую преступность в столице Южной Кореи. Да и память Чон Ван Ги никаких приключений не содержала (ещё бы, с его-то «авантюризмом»). Однако вид улочки доверия не внушал.

Я тяжело вздохнул, дошёл до ближайшего перехода и пересёк проспект в потоке людей, а уже через две минуты остановился перед переулком. Тут даже машина не проедет. Стены домов тянулись вверх этажей на пятнадцать, между окнами на протянутых тросах сушилась одежда.

Пахло здесь не очень приятно, но ошибки не было. Я даже поднял переноску к лицу и спросил кота, всё ли верно. Страйгор с важным видом кивнул. Он лежал на полу переноски, подобрав под себя лапы, и взирал на мир с кошачьей ленью.

Под ногами захлюпало. Здесь оказалось не просто жутковато, но ещё и сыро. Оживлённая улица осталась позади, а тут уже проступали следы иного Сеула: отражалось эхо от стен, искажая далёкую музыку, где-то плакал ребёнок, где-то гулко кашляли. Звуки перемешивались, и к ним добавился шум моих шагов.