Не успел я толком удивиться, как она отошла к секретеру у окна и, подняв крышку, взяла оттуда лист бумаги. И когда только успела? В смысле время у неё, разумеется, было, как и доступ в мой кабинет. Но как она нашла именно этот рисунок?

— Извольте, господа. Вадим, даже тебе есть чему поучиться у Петра. — Она передала рисунок Долгоруковой.

Мария в удивлении посмотрела сначала на рисунок, потом на меня и опять на рисунок. Ну вот скучно бывает порой, в особенности вечерами. Я, конечно, не изменяю своим привычкам и иногда шляюсь по ночной Москве, а, в частности, по её окраинам в поисках приключений на пятую точку, чтобы кровь молодецкую разогнать по жилам. Но не всегда же этим заниматься.

Вот и сиживаю порой, рисую в стиле гиперреализма. А что такого, я подобными талантами прежде не обладал, теперь же мне это откровенно нравится. А то что на рисунке великая княжна… Так ведь я не только её нарисовал. У меня в той папке лежат портреты Голицыной-Тульевой, Рябовой, Архиповой, Столбовой, Лизы и ещё с десяток женщин и девиц. Отчего именно так? Ну, я ведь рисую для собственного удовольствия, а мужские лица мне его не доставляют. Но сестрица отчего-то стащила именно этот. Хотя вру, понятно почему. Решила произвести впечатление на Долгорукову, мол, она мне небезразлична.

— Такое ощущение, словно смотрюсь в зеркало «Кошачьим зрением», — передавая рисунок Астафьевой, произнесла Долгорукова.

Ну да, местный магический прибор ночного видения передаёт черно-белую картинку, а этот рисунок сделан свинцовым карандашом. Портрет пошёл гулять по рукам, а я поднялся со своего места и направился в кабинет. Нужно срочно разбавлять созданное Лизой впечатление. А то присутствующие бог весть что подумают. Да у них попросту не будет шансов на что-то иное.

— Прошу, милостивые государи, — передал я стопку листов. — Порой бывает скучно, вот и рисую. Имею склонность к этому с детства.

Появившийся было в глазах Марии блеск тут же пропал, сменившись разочарованием. На лице Лизы мелькнуло раздражение, злость, разочарование и осуждение одновременно. Не спрашивайте, как она умудрилась поместить всю эту гамму чувств в одно мгновение, но ей это удалось.

— И с таким талантом рисовать для лубка⁈ — возмутился Вадим, когда в его руках оказался уже третий рисунок.

Кто бы сомневался, что возлюбленного сестрицы возмутит небрежение явно имеющимися способностями. Ну и такой момент, что ему подобное пока не под силу.

— Весь мой талант заканчивается на карандаше. Краски мне, увы, не даются, — возразил я.

— Вы просто не пробовали. Вам не хватает образования в этой области и техники, а это дело наживное. Главное, что у вас не просто потенциал, а талант. И это не громкие слова, — горячо возразил Рощин.