— Бестолочь ты всё же, Петя.
— Не спорю.
— Что-то ещё?
— Завтра поутру я передаю очередную партию «Разговорников» и получу полторы сотни тысяч золотом. Надеюсь, казначей вашего батюшки сможет принять и эти деньги?
— Разумеется. Самого казначея в Москве нет, но я предупрежу его помощника.
— Тогда это пока всё.
— Сам-то когда уезжаешь?
— Пока точно сказать не могу. Быть может, завтра, а может, и позже. Зависит от моих новых друзей.
— Что за друзья?
— Да так, четверо приятелей, решивших круто изменить свою жизнь.
— То есть я тебя третий год обхаживаю, но ты меня другом не называешь, а тут четверо приятелей и уже друзья, — возмутилась она.
— Это другое, — возразил я.
— Толком говори, — потребовала она.
Пришлось рассказать, уж больно напориста великая княгиня. А что такого? Сгорел забор, гори и хата! Мы сейчас с ней повязаны накрепко и оба государственные преступники. Я не поручусь за её жизнь, если император узнает о наших художествах. Скорее всего, мы на пару прогуляемся на плаху. Ну, может, я на плаху, а её, как наследницу, удавят по-тихому. Помнится, Пётр Первый в моём мире не пощадил предавшего его сына.
Глава 17
— Слушаю, — коснувшись пальцем активирующего плетения на «Разговорнике», произнёс я.
К слову, я теперь держал активными семь амулетов для связи с Уфимцевым, Долгоруковой, Голицыной, сестрой, родителями и с Шешковским. Ну или кому он там передал амулет, по которому меня сейчас и вызвали. Разумеется, у меня только два уха, но, по счастью, при вызове камни начинают вибрировать, что чувствуется, а потому я могу хранить их в подсумке. Плохо то, что для этого мне пришлось пожертвовать половиной позиций плетений первой очереди.
В моём понимании такая связь всё же жутко неудобная. Даже при небольшом количестве абонентов приходится носить целую кучу «Разговорников», а главное, освобождать под них место среди плетений первой очереди. Амулеты с бриллиантами в этом случае куда предпочтительней. Однако как бы я не брюзжал, местные со мной не согласятся. О чём и свидетельствует огромный спрос на моё изобретение.
— Успенский Иван Артёмович от Шешковкого. Слушаю, — раздался в моей голове незнакомый голос.
— Очень рад. Когда мы можем встретиться? Слушаю. — Не вижу причин тянуть с личным знакомством, чем быстрее, тем лучше.
— Готов увидеться хоть сейчас. Меня уже направили в Дикопольский полк, и отбыть нужно как можно быстрее. Слушаю.
— В таком случае не вижу причин откладывать встречу. Через полчаса на моей съёмной квартире устроит? Надеюсь, вы знаете, где это? Слушаю.
— Да. Буду к сроку. Закончил разговор.