— Павел Александрович, татары уходят и уносят с собой убитых и раненых. Слушаю, — коснувшись амулета, вызвал я.
— Большие потери? Слушаю.
— Судя по тому, что я наблюдаю, вполне. Слушаю.
— Повисите ещё немного, Пётр Анисимович. Коль скоро уже забрались туда. Слушаю.
— Повишу. Закончил разговор.
— Закончил разговор.
Я честно проболтался в воздухе битый час, израсходовав впустую прорву Силы, а татары так и не подумали возвращаться. Вообще-то, втайне я всё же надеялся на то, что мне удастся если не отработать плетениями, то хотя бы немного пострелять. Даром, что ли, я прихватил с собой в полёт ружьё? Увы, но стрелять оказалось не в кого.
— И что вы по этому поводу думаете? — наконец явившись в штаб, поинтересовался я у Уфимцева.
— Чаю? — предложил полковник.
Он с великой княжной, боярышнями и членами штаба устроились за походными столиками на внеурочное чаепитие. Ну а что делать? Вот так сразу теперь не уснуть, не смотри, что непосредственного участия в бою не принимали.
— Не откажусь, — присел я на предложенный стул.
— Ну что, Пётр Анисимович, полагаю, теперь ваш выход. Если вы не ошиблись в оценке потерь, полагаю, что завтра воздушный наблюдатель доложит об уходящей к Крыму орде.
— А если они всё же решат не отходить?
— В любом случае мы уже показали, на что способны. Теперь нужно ставить точку. Управитесь с Мехмедом? Не переоцениваете ваши возможности?
— Даже не сомневайтесь.
— Вот и замечательно. Только перед тем как отбудете, не возьмётесь зарядить камни? Я приказал полностью восстановить заряды вплоть до батальонного звена. Как результат, треть резерва Силы словно корова языком слизала. Вроде и обычные стрелы, но когда их слишком много, это становится проблемой.
— Прикажите передать мне пустые камни, а я прогуляюсь и заполню их.
— Отлично. Я уже распорядился.
При этих словах Уфимцева его адъютант глухо брякнул передо мной мешочком с алмазами. Ну что сказать, сейчас допью чай и отправлюсь в путь. Можно, конечно, и сразу вернуться, благо камни зарядятся и при выбросе. Но для спешки нет ни единой причины, а потому часок посижу в потоке.
— Я с тобой, — склонившись в мою сторону, тихо произнесла Мария.
От её дыхания, а главное, от того, как это было сказано, у меня даже мурашки по спине табуном пронеслись. Посидеть часок в потоке? Ну, это вряд ли. Мы найдём на это время более приятное занятие. Очень надеюсь, что Мехмеду не вздумается вернуться за добавкой. А то нехорошо получится, все дерутся, а мы наслаждаемся друг другом.
Глава 26
Я откинулся на спинку походного стула и сыто вздохнул. Накрывшее чувство голода начало отступать, и на меня навалилась осоловелость. Ничего страшного, это мне ничуть не помешает, потому что по опыту использования «Восстановления» могу с уверенностью заявить, что организм сейчас перерабатывает еду, как паровозная топка.