Я внёс изменения в своё плетение, которое тут же поблёкло. Мария всмотрелась и внесла правку. Едва лёг последний штрих, как плетение её тут же ожило, наполнившись бледно-зелёным сиянием.

— Ну вот, а вы сомневались, — подмигнул я и поспешил вынырнуть из изнанки.

— Пётр, ты так быстро вышел в реальный мир, словно сбежал, — открыв глаза, произнесла Долгорукова.

— Полагаю, что девице не престало находиться с мужчиной в изнанке.

— Но мы ведь там были по делу.

— Правильно. Поэтому не вижу смысла задерживаться там дольше, чем это нужно.

— Ты так забавно смущаешься, — хихикнула она.

— С чего бы мне смущаться? — пожал я плечами.

— Я тебе нравлюсь? — проигнорировав мои слова, спросила она.

— О чём вы, Мария Ивановна?

— Ну, признайся, я тебе нравлюсь. Правда?

— Попробуйте наложить узор «Повиновения», — указав на прижатого к земле и обездвиженного волка, предложил я.

— Пё-ётр, — нараспев произнесла она.

— Ваше высочество, мы тут не ради развлечения, а по делу. И у нас совершенно нет времени, — отрезал я.

Ну, вот какой ответ хочет услышать эта красавица? Она великая княгиня и я обычный дворянин, пусть в восьмом поколении и с высокоранговым даром. Что у нас может быть общего? Это при условии, что мне это общее вообще нужно. В качестве фаворита я ей не упёрся, потому как для начала не мешало бы Долгоруковой обзавестись мужем, а при нём я не дурак лезть к ней в постель. Так что без вариантов при любом раскладе.

— Значит, не признаешься, — вновь улыбнулась она.

— Да не в чем мне признаваться, ваше высочество. Узор накладывайте, — вновь указал я на обездвиженного волка.

— Хорошо, — окинув меня эдаким игривым взглядом, произнесла она.

Подошла к хищнику и, встав над ним, сначала пристроила ладонь на весу над чернильницей, из которой тут же потянулась чёрная струйка, быстро сформировавшая вязь плетения, промежутки которой начали заполняться блестящим антрацитом. Наконец фигуристая клякса напиталась полностью, и Мария, поведя рукой, сместила её, подвесив над волком, мгновение подержала на весу, словно примериваясь, и наконец с лёгким хлопком наложила на зверя. Тот болезненно заскулил на высокой ноте, но практически сразу замолчал.

Учить её устанавливать контакт с волком не пришлось. Как я уже говорил, практика нанесения «Повиновения» животным, и чаще всего собакам, тут довольно распространена, а потому и общаться с питомцами умеют многие из дворян. Долгорукова имела подобный опыт и с хищником связь установила сразу.

Новым был сам способ нанесения узора, который имел лишь два недостатка: индивидуальные параметры, которые можно было задать только в изнанке, и перерасход чернил. Зато серьёзно экономилось время. Каких-то несколько секунд и узор нанесён.