— Только что убили Элвиса.

— Не может быть, — ответил Шеллар, ломая голову, как себя вести дальше. Поддержать разговор или сразу объяснить, что Элвис сидит в спальне и этот самый разговор слушает? — Откуда ты знаешь?

— Я там был. Потому задержался.

— Убийц нашли? — уточнил Шеллар, чтобы определиться точнее.

Пафнутий молча кивнул и опустился в кресло, с которого минуту назад встал «убитый» Элвис. Больше никаких комментариев по делу от него не последовало. Только долгий выразительный взгляд, который можно было перевести примерно так: «Мне очень жаль. Я знаю, он был твоим другом. Для нас всех это тоже большая потеря».

— И кто это устроил? — продолжал уточнять Шеллар, опасаясь что-нибудь испортить в хитрой игре кузена Элвиса преждевременным его обнаружением.

— Томас, — кратко ответил Пафнутий, взглядом добавив: «Но какая теперь разница…»

— Его тоже взяли?

Пафнутий кивнул, и в его глазах промелькнуло некоторое удивление: дескать, что-то ты, Шеллар, и не особенно огорчился, как я вижу…

— Элвис, — окликнул Шеллар, не поворачивая головы, — выходи.

Пафнутий бросил короткий взгляд на отворившуюся дверь спальни, чуть приподнял брови, затем облегченно рассмеялся.

— Совершенно верно, — улыбнулся Элвис и подошел, чтобы пожать ему руку. — Здравствуй, Пафнутий. Извини, что так тебя расстроил, я не предполагал, что ты решишь навестить меня именно в такой неподходящий момент. Но я рад слышать, что моя ловушка сработала и все злоумышленники пойманы и обезврежены. Значит, через некоторое время за мной явится мой придворный маг, и я откланяюсь, дабы не мешать вашей с Шелларом конфиденциальной беседе.

Поприветствовав воскресшего Элвиса крепким безмолвным рукопожатием, Пафнутий дружески ткнул его кулаком под ребра, что должно было означать: «Ну ты хитрец!» Затем, остановившись на секунду и, видимо, поняв, что далее без слов не обойтись, сказал:

— Останься. Я заезжал к тебе специально, чтобы позвать. Это ненадолго.

— Охотно верю, — согласился Элвис, зная, как лаконичен бывает Пафнутий во всякого рода беседах. — С радостью приму участие. Ты хотел что-то сообщить или спросить?

— Мне не нравится, как идут дела при дворе моего отца, — без всякого вступления начал Пафнутий.

— Думаешь, нам с Элвисом это нравится? — нахмурился Шеллар. — Твой отец, извини за грубость, окончательно выжил из ума. Он что, действительно верит в грязные намеки Лисаветы и ее сватьев? Он всерьез считает, что ты хочешь его убить?

— Вы знаете, — удовлетворенно кивнул Пафнутий, пряча в бороду усмешку. Перевести эту усмешку можно было примерно так: «Мне следовало раньше предположить, что ваша поморская агентура уже давно доложила вам все, что я собирался рассказать. И хорошо, что мне не придется тратить слова на объяснения». — Трудно сказать, верит или нет. Вы знаете моего батюшку. Вчера, например, он наговорил мне такой несусветной чуши, что это могло бы показаться смешным. И я до сих пор не могу понять — он действительно так думает или же сказал все это сгоряча и теперь жалеет. Одно я знаю точно: Лисавета пользуется вспыльчивостью и неуравновешенностью нашего родителя, чтобы настраивать его против меня и моих сыновей. Весь двор лихорадит, поскольку приближенные лица раскололись на три фракции. Самая многочисленная пребывает в таком же неведении, как и я, и не знает, к кому прислониться. Интриги, клевета, двусмысленные трусливые отговорки… Поморское дворянство, похоже, утрачивает последние остатки чести. Мне это непривычно и очень неприятно.