— Король его забрал с собой в Эгину, — пожаловалась Ольга. — А, ты же еще не знаешь, что у нас тут было! Позавчера какой-то гад приперся на пляж, чтобы подстеречь короля и убить!

— Как? — ужаснулся бард, одним прыжком перебираясь со столика на спинку ближайшего стула.

— Не знаю, наверное, отравой какой-то. При нем нашли шприц с неизвестной фигней, мэтр его забрал на анализ. Странный шприц, вместо цифр на делениях не пойми что написано. Не наши цифры, не ваши руны, закорючки какие-то. А вчера в один день покушались на Элвиса и на Александра. И еще там какую-то бабушку перепугали и у хинского императора артефакт из дворца сперли. Теперь его величество весь в хлопотах и в делах, ты ж его знаешь, его хлебом не корми, дай что-нибудь расследовать. Затем и Диего, наверное, утащил, чтобы тот ему помог.

— Вот так вот, сижу в своих горах, ничего не знаю, что на свете делается… — ужаснулся мистралиец. — Кто-нибудь пострадал?

— Александра немного задели, — пояснила Кира. — Но не опасно, пару дней поваляется и опять кататься поедет. А Элвис своих уже всех переловил и теперь не вылазит из подвалов, выясняя подробности.

— Хоть и не люблю я Элвиса, — заметил Плакса, — все же хорошо, что у него так удачно получилось. А его величество, пожалуй, лучше не трогать, когда он занят, так что вы ему сами передайте, чтобы не сильно удивлялся, когда обнаружит, что драконы человеческим голосом заговорили.

— А что с ними случилось? — тут же заинтересовалась королева. — Шеллар мне говорил, что драконы в принципе неспособны воспроизводить звуки человеческой речи, как же они могут разговаривать?

— Толик с ними как-то по-своему поколдовал, и они теперь все понимают и разговаривают. А речь они не воспроизводят, они рычат по-своему, а мы их понимаем, как если бы они разговаривали. Так же, как мы Ольгу понимаем, а она нас. Точно я не знаю, я в школе Змеиного Глаза не силен. Вроде как этим заклинанием пользуются, чтобы понимать язык животных, а Толик как-то к разумным существам приспособил. Похоже, эльфийская магия за эти триста лет шагнула далеко вперед по сравнению с нашей.

Ольга тактично промолчала, выслушивая вдохновенные отмазки неисправимого врунишки Плаксы. Пусть себе сочиняет. Не объяснять же ее величеству, что Толик еще в первый вечер знакомства с драконами пообещал «подарить этой сладкой парочке по простенькому однодорожечному лингводекодеру, чтоб и сами не мучились, и людям головы не морочили». Кира с Эльвирой, которые в эльфийской магии смыслили не больше, чем Ольга в однодорожечных лингводекодерах, тоже не стали развивать тему и позволили Плаксе от нее уйти. Чего ему, собственно, и требовалось. Мгновенно позабыв о драконах, он без всяких плавных переходов продекламировал свежесочиненный сонет, воспевающий несравненную красоту Эльвиры. Не обратив внимания на то, что Эльвира ничего не поняла, вдохновенный сочинитель трепетно облобызал ее ручку и тут же собрался смыться. У него, дескать, наиважнейшее и наисрочнейшее дело к Мафею. Свой «подарок» он, судя по всему, намеревался оставить прямо посреди комнаты. Возмущение Эльвиры его ничуть не смутило, и он быстренько исчез, заявив напоследок, что столик маленький и никому не помешает.