— Очень хорошо, — невозмутимо констатировал король, и Кантору вдруг стало смешно при мысли, что его величество на коварное превращение мэтрессы Морриган не отреагировал вообще никак. А что, с него бы вполне могло статься, особенно в юности. Не обратил внимания и спокойно продолжил свое дело… — Тогда объясни мне толком, не виляя, как Жак, не ссылаясь на обещания, как Элмар, и не пытаясь неумело врать, как Мафей. Почему вы так старательно пытаетесь от меня скрыть существование некоего господина Толика, который присутствовал на знаменательной вечеринке с драконами? Что в нем такого особенного, что вы с похвальным упорством дружно морочите мне голову?

Кантор прикусил язык, уже готовый выдать традиционное «не ваше дело», и мысленно помянул недобрым словом Ольгину рассеянность.

— А почему вы решили, что я скажу вам больше, чем Элмар? — произнес он вслух, стараясь не глядеть на короля и тоже уставившись на небо.

— Я не рассчитывал, что ты мне скажешь правду. Но мне интересно, что именно ты скажешь.

— Ничего. Разве вы предполагали что-то другое?

— Но почему?

— Потому что меня об этом просили, и я обещал. И вообще почему бы вам не спросить того, кто уже проболтался? Если вам так интересно, спросите его самого и не доставайте всех остальных, потому что Элмар по своей прямоте душевной сказал вам именно то, что следовало. Мы все обещали молчать, просто каждый исполняет свое обещание как умеет. А если вам хочется услышать от меня какую-нибудь отмазку из чистого интереса к психологии вообще и к моей психологии в частности… У меня нет настроения фантазировать. Вдохновения нет. А то бы я придумал что-нибудь поумнее, чем Мафей. Кстати, а кого вы все-таки распотрошили? Ольгу? Или переступили через свою обычную снисходительность и придавили как следует Жака? Или сам Мафей и разболтал?

— Ты о чем? А, ты имеешь в виду, кто из них признался в самом существовании господина Толика? Ты не угадал. Просто если вам приходится просить о чем-либо собеседника, плохо понимающего ваш язык, будьте готовы к тому, что вашу просьбу могут и не выполнить.

— Значит, Аррау.

— Совершенно верно. К сожалению, пока я вел с ней беседу, вы успели сговориться. Это я заключаю из того, что Ольга, Жак и Мафей не противоречат друг другу. Они дружно утверждают, что Мафея познакомил с Толиком Хоулиан. А из того, что вы с Элмаром решительно отказались говорить на предложенную тему, можно заключить, что часть сказанного все же является правдой.

— Какая именно?

— Та, — усмехнулся король, — что господа эльфы — любовники. Будь эта версия выдуманной, ее бы забраковали и придумали что-то получше, что-то такое, чего и вы с Элмаром не постыдились бы повторить.