Хотя, называть «смертным» сына верховной чародейки древнего королевства и принца Ифритов — язык особо не поворачивался.

— Тогда…

— Как и многие эпохи назад, — кивком обозначая извинения, перебил Эваалел. — Раз в десять тысяч лет, на королевской территории, происходит состязание десяти сильнейших Бессмертных. Записаться на них может каждый желающий, но иногда желающих даже меньше, чем десять… но не суть.

Очередной турнир… кажется, куда бы Хаджар не сунулся, ему везде и всегда будут встречаться турниры и соревнования. Но, если задуматься, такова суть Безымянного Мира — в бесконечной борьбе за все. За право даже не дышать, а на то, чтобы кто-то признал, что ты в целом — существуешь.

Наверное, для простого обывателя это звучало дико. Как можно кому-то доказать, что ты существуешь, если вот «ты» есть. Живешь. Ешь. Срешь. Размножаешься. Но для тех, кто шагами меряет тысячи лет этого не достаточно. Право на признание своего существование надо было заслужить… или завоевать.

— И, разумеется, следующий такой турнир совсем скоро, — проворчал Хаджар.

— Чуть меньше, чем через год, — кивнул Эваалел. — Ну и, конечно же, для каждого такого состязания все участники стараются накопить как можно ресурсов. Укрепить свои Законы, найти новые техники или отточить старые, собрать побольше артефактов.

Страна Бессмертных… Хаджару хотелось смеяться. Пока что он не увидел в ней ничего, что отличалось бы от Чужих Земель, Империй или Королевств. А если задуматься, то и в них самих, кроме декораций, отличий не обнаруживалось.

— И, ка существует традиция о том, что победитель турнира получает право на вознесение, так же есть традиция за год до состязания собирать экспедицию в Сокровищницу Короля. В неё, обычно, отбирают лучших представителей юного поколения Главных Домов.

— Вы хотите, чтобы я присоединился к этой экспидиции?

— Все верно, — подтвердил Эваалел. — вы достанете нам скрижаль Черного Генерала, которая обеспечит нашему чемпиону победу на турнире и вознесение.

— Чемпиону? — удивился Хаджар. — Не вам?

Глава Золотого Неба снова едва заметно улыбнулся.

— Как я уже сказал прежде, генерал, не каждого манит перспектива стать карликом, после десятков эпох бытности колоссом.

Забавная метафора… Албадурт бы не оценил.

— Осталась только самая малость, доблестный генерал — подумать и понять от имени чьего дома вы выступите. Все же, не каждый день на сцену выходит тернит. Ваша братия, обычно, предпочитает лишний раз не привлекать внимания.

Хаджар посмотрел на ладонь, где тянулась тонкая, едва заметная, белая полоска старого шрама.