– Жду тебя завтра. Выпьем с тобой. Отбой, – ответили на том конце.
Рация издала противный писк и стихла.
– Я бы сейчас не отказался от бутылки нормального вискаря, – пробурчал Сэм, разминая шею.
– Приедем в Мрок – и напьёмся все в зюзю, – отозвался Николас, хлопнув Сэма по плечу.
– Ник, а кто этот Рик? – решаю спросить, не хочу погружаться в тишину.
– Отличный парень. Мой лучший друг. Тебе он понравится, – брат, улыбаясь, довольно кивнул.
– Мне он уже не нравится, – фыркнул Сэм, нахмурив брови.
– Не ревнуй… серый волк, – подмигнула я, лукаво улыбаясь.
Пока голова Мэг безмятежно покоится на моих коленях, я проверяла её каждые пару минут: температуру, цвет кожи, дыхание. Сердце в груди отдаёт тяжёлым ритмом.
В голову лезли противоречивые мысли: выстрелить в неё я не могу – даже представить страшно, но в то же время быть укушенной самой – тоже не входит в мои планы. Дилемма, от которой мороз идёт по спине. Надеюсь, всё обойдётся. Надеюсь, я успела.
– Ты моя. Какой смысл ревновать? – Сэм бросает на меня взгляд, слегка повернув голову, и уголок его губ поднимается в усмешке. – Я уничтожу любого, кто рискнёт тебя у меня забрать, – его голос стальной, холодный.
– Сэм, ты эгоист, – закатываю глаза.
Он усмехается:
– Деструктивный, самовлюблённый, самоуверенный… – перечисляет, словно смакуя каждое слово, – могу продолжать до бесконечности, но чертовски хорош. Да? Моя ведьма? – его голос становится ниже, хрипловатым, словно обволакивает изнутри.
Чувствую, как щёки вспыхивают, будто кто-то поднёс к ним свечу.
Между нами уже давно стёрты все границы – физические, моральные, внутренние. И всё же каждый раз, когда он так говорит и смотрит, внутри что-то тает, превращаясь в расплавленный воск.
Отвожу взгляд в окно, чтобы спрятать смущение, но отражение в стекле предательски выдаёт улыбку, расплывающуюся на губах.
– Ты вообще в состоянии прожить хотя бы пять минут, не выделываясь? – тихо спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но в нём всё равно проскальзывает смешок.
Сэм не поворачивается. На лице – холодное спокойствие, взгляд синих глаз устремлён вперёд, пронзает туман за окном.
– Иногда хочется поменьше выебываться, – произносит Сэм лениво. – Но пока нет такой возможности.
Николас фыркнул, тихо засмеявшись.
Удивительно, как быстро он остыл после всего, что произошло между ним и Мэг.
Неужели бойня с волками и то, как она сейчас лежит – без сознания, бледная, беспомощная – действительно смягчило его?
Он так легко отпустил боль, предательство, то, что ещё с утра разъедало его изнутри?
Я смотрю на него исподтишка.