Не ожидая ничего подобного, я лишь на инстинктах закрылся «ледяным щитом», который разбился от силы заклинания, и остатками его энергии меня вогнало в землю. Однако, несмотря на краткий успех, удар противника не сумел пробить «щит Голиковых», а в следующее мгновение я уже был накрыт все утолщающимся «ледяным куполом», позволившим в безопасности переждать еще пару «молний».

Моей заминки Наводинскому хватило, чтобы сформировать в своей руке огромный «водный бич» и опустить его прямо по центру моего укрытия, разрезая его, словно горячий нож масло.

Однако, к его сожалению, меня там уже не было. Я успел выпрыгнуть из сформированного бокового отверстия и отправил в противника несколько «сфер холода».

Парочка из них коснулась оружия Наводинского, превращая его в лед и разрушая структуру.

Я прерываю следующий маневр противника сильным потоком ветра, а затем и заклинанием «снежной бури», которое за считаные мгновения покрывает всю арену снегом.

Вот теперь все серьезно.

За мгновение вокруг меня формируется горящая ярко-голубым светом, огромная, почти со всю арену, призрачная «снежинка», температура воздуха на которой достигает минус пятидесяти.

Волевое усилие — и подпитка «бури» моей энергией прекращается, а я слышу сдавленный крик Наводинского, вокруг которого клубится плотный защитный туман. Он пытается выйти из зоны действия «снежинки», однако я еще больше понижаю температуру на ней, бросаю мощные «саморезы» и превращаю снег в лед, на несколько мгновений сковывающий противника.

— Меня так просто не возьмешь! — кричит он, выдирая ноги из ловушки и ставя их в новую, а также отражая защитной аурой мои удары.

«Давай же! Превращайся! — бросаю я в него все новые и новые заклинания. — Аура постепенно уменьшается! Так что давай!»

Однако Наводинский сдаваться не собирался и отправил в меня очередную волну, правда, в этот раз она была намного слабее и меньше предыдущей, из-за чего я с легкостью превратил ее в лед и вернул не ожидавшему этого противнику.

Ну а что? Он действительно думал, что я не использую большие объемы энергии из-за травмы или слабости? И я мысленным усилием запечатал противника в ледяном плену.

«Неужели так легко?» — проносится в голове шальная мысль, но в следующую секунду лед разлетается в стороны, а из-под завалов вытекает огромный темно-синий голем, в центре которого находится бледный Наводинский.

«Это же сколько ты в него энергии влил?» — думаю я, пока не замечающая холода водяная фигура тянется ко мне двумя хлыстами, заменяющими ему руки, которые я с легкостью разрубаю «ледяной саблей». Затем силой мысли я формирую аналог «каменных копий» жукеров, но изо льда, и они возникают прямо под големом, разметают на части его ноги и живот, а также нарушают формулу заклинания, которое опадает, словно обычная вода.