К нам подошел новый начальник штаба.

— Митрополит Ефим, — представился он.

— Тринадцатый. А это мои помощники, — ответил я, кивнув на Юрия Владимировича и Михаила. — Мы бы хотели уточнить обстановку и порядок действий.

— Никак не могу, — покачал головой мужчина и посмотрел на часы. — Сначала мы должны получить сигнал тревоги, затем вскрыть пакет и ознакомиться с содержимым. Потом начнем передислокацию личного состава и работу с картой. Так что доложить обстановку я смогу только после того, как сам со всем ознакомлюсь. Предлагаю вам занять место в своей палатке и отдохнуть. Посыльный прибудет за вами, когда все будет готово.

— Значит, мы можем зайти с другого пограничного пункта? — уточнил я. — Изменится местонахождение алтаря? А порядок походной колонны?

— Не думаю, — покачал головой митрополит Ефим и с вызовом добавил: — Но все равно я не буду доводить информацию ранее, чем поступит сигнал! Идите в палатку и ждите вызова!

— Успокойтесь! — добавив в голос холода, произнес я и посмотрел в сторону Прокла. — Зачем вы привели меня сюда? Чтобы я тратил время на уговоры?

— Тринадцатый! Я здесь начальник штаба, — повысил голос Ефим, и я почувствовал исходящую от него духовную силу, мужичок был явно непрост, — и я сам решаю, как выполнять свою работу!

«Да что так не везет-то? — разозлился я. — Почему всегда на каких-то хмырей нарываюсь, которые вместо работы хотят кому-то что-то доказать».

Ничего не говоря, я достал из кармана обычный кнопочный телефон, который несколько дней назад передал мне на совещании Юзеф Валерианович, и набрал один из номеров.

— Добрый день, патриарх, — поприветствовал я Добромысла и заметил, как недовольно засопел Ефим.

— Здравствуйте, тринадцатый, — услышал я голос старика, который сразу перешел к делу. — Что случилось? Какие-то проблемы?

— Прошу усмирить начальника временного штаба, который вместо работы и выполнения обязанностей пытается поднять свою значимость. Я прибыл работать, а не проверять нервы на прочность. У нас тут более важное дело намечается. И с Проклом пообщайтесь, — удивил я своими словами главного инквизитора, который безмятежно наблюдал за представлением. — Он самоустранился. А я в ваши подковерные игры играть не собираюсь. Продолжите заниматься ерундой — развернусь и отправлюсь домой. Если у инквизиторов проблемы на данном уровне перед началом активных боевых действий, то что будет потом?

— Понял тебя, тринадцатый, — услышал я жесткий голос Добромысла. — Прошу прощения за своих людей. Я во всем разберусь.

— Вы меня слышали! Продолжите заниматься ерундой — будете закрывать пустошь сами! — жестко сказал я и, отсоединившись, посмотрел на покрасневшего Ефима. — Жду посыльного.