Сунул руку в карман и швырнул в нас горсть… гаек? А сам технично отступил назад. Да так, что и не догонишь.

— Никогда ничего не бросай в остроге, — Леший убедился, что вокруг нас нет ни одного живого одаренного и посмотрел на меня. — Только ближний бой, понял?

— Но… почему?

— Долго объяснять, — поморщился Леший. — Сейчас это считается зашкваром.

— Ну раз зашкваром… — не стал спорить я и нахмурился, заметив в эмоциях воина боль. — Ты ранен?

— Пустяки, — Леший покосился на правую половину живота, где расплывались два кровавых пятна. — Недолго осталось.

Он достал из-за пазухи чистую тряпицу и сунул её под куртку.

— А теперь, Миша, возвращайся к Виктору. Заодно и проверишь пришёл ли Манул за своей сумкой.

— А ты? — на душе что-то стало так муторно, будто я видел Лешего в последний раз.

— А я перетру вон с тем сидельцем, — воин кивнул на двухметрового бугая, медленно бредущего в нашу сторону с противоположной стороны площади.

Бугай, казалось, только что вышел из капсулы.

Весь такой чистенький, бодренький, с гадкой такой улыбочкой и самым настоящим… мечом!

И это спец острог для одаренных?!

Хотя, учитывая наличие макрисов, администрация острога может выставить подставного казачка или… временно закрыть глаза на нарушение правил внутреннего распорядка.

В общем, явная подстава! Появившийся на площади бугай точно не выживал всю ночь в этом треклятом кровавом аду и заявился только под конец «веселья».

Леший же, в пику ему, выглядел откровенно неважно.

Вся куртка изорвана, сквозь прорехи сочится кровь, штаны превратились в рванные шорты, татуировка ягуара выцвела…

До меня только сейчас дошло, что всю ночь воин только и делал, что защищал меня. Отсюда и все эти многочисленные раны. Без меня бы ему, наверное, было проще?

С другой стороны, без меня не было бы и ауры.

Так или иначе, будучи букмекером, я бы не поставил на победу Лешего и ломаного гроша.

— Может…

— Нет, — покачал головой Леший. — Развязка близится к концу. На ногах должен остаться только один. Поэтому… выйди за пределы площади.

— Удачи, — я не стал хлопать воина по плечу, как в дешевых американских фильмах, и вместо этого сказал. — Ты же помнишь про присягу?

— Помню, — насторожился Леший.

— Так вот, — я усмехнулся и пафосно добавил. — Я запрещаю тебе умирать.

— Принято, — криво усмехнулся воин, и, судя по его эмоциям, его боевой дух резко скакнул наверх.

Что ж, поглядим.

Я шёл к Виктору и постоянно оглядывался, боясь пропустить начало схватки.

В пылу боя казалось, что Круг и Виктор с ребятами остались далеко позади, но по факту до них было не более дюжины метров.