Через несколько дней от кровавого пятна на груди не останется и следа, он превратится из душегуба в самого обычного голубя, никто больше не сможет отличить его от других, он сделается невидимым, как опасное существо, не терпящее, когда его называют по имени и вытаскивают на солнечный свет.
Колоноскопия
Уходя из дома, где он провел детство, Лорис быстро сбегает по ступенькам вниз, ему нужно успеть на поезд.
Жильцы на первом этаже сменились, у них открыта входная дверь, можно заглянуть внутрь, и он заглядывает, ожидая увидеть низкую тумбочку, где оставляют ключи, подставку для зонтов, вешалку с множеством непромокаемых плащей и шерстяных пальто, но на самом деле напротив двери стоит кровать, а на ней лежит женщина.
Она ширококостная, бледная, как вареное яйцо, на ней мятая белая ночнушка с широкими лямками и без рисунка, похожая на майку, под мышками темные пятна пота, седые кудрявые волосы собраны на макушке резинкой, по цвету они похожи на контейнеры для смешанных отходов, а по текстуре – на морские водоросли.
Лорис нерешительно замирает на месте, ступни женщины покрыты пылью, она говорит на каком-то славянском языке, которого он не понимает, обращается к кому-то, кто только что вышел из квартиры, или, быть может, к нему, подсказывая, что нужно торопиться.
Он ускоряет шаг, тяжело дыша, выходит в холл на первом этаже, в ушах звенит, как бывает, когда он слишком резко встает с кровати; он не знает почему, но увиденное его встревожило, недоумевает, как кто-то из этой семьи додумался поставить двуспальную кровать так, чтобы ее было видно с порога.
Это сделали, чтобы выставить ее напоказ или же чтобы оттуда можно было выглядывать на лестницу и наблюдать за перемещениями остальных жильцов? Из глубины квартиры доносился запах затхлости и ладана, женщина лежала, вытянув ноги и слегка разведя их в стороны, и Лорис задался вопросом, есть ли на ней что-то, кроме ночнушки.
Он думал об этом все время, пока добирался обратно в Монтеверде, и ощутил, что у него постепенно, но притом все сильнее и настойчивее кружится голова, ему показалось, что он подсматривает за происходящим в больничной палате, проверяет постельное белье, которое пора бы сменить, вмешивается в медикаментозное лечение, является в обеденные часы.
Он не знает, почему так происходит, но все смешивается и переливается из одного в другое, и вот уже он сам лежит на этой постели, плоть раздулась, как тесто, которое оставили подниматься в теплом месте, ладан заглушает запах пота и неподвижного тела; когда он смотрит на свои ноги, то видит, что они отекшие и с выступающими венами, признак того, что он не в силах вытащить себя из дома, что пребывает в заключении и изгнании.