— Не, я в тебе и не сомневался… — пожал я плечами, активируя[Концентрацию силы] и[Манёвренность] . — Такие, как ты, так просто не сдаются.
— Верно, верно! А где милая Сурья? Я так хочу с ней увидеться!
— Не волнуйся, скоро будет. Она не пропустит встречу со старой подругой.
Она улыбнулась, сладко, почти маняще:
— Тогда я сначала убью тебя, не против?
— Ни в коем случае, лишь бы ты улыбалась, — развёл я руками, направляя энергию в ноги.
Её тело защёлкало, кости задвигались. Из спины с мерзким хрустом вырвались шесть лап с такими же хитиново-стальными клинками.
— Ты ведь не убежишь? — спросила она с надеждой.
— Не-а, — тепло ответил я. — Улечу!
Я оттолкнулся от земли с такой силой, что воздух взвыл. Тело взмыло ввысь.
[Крылья высшего Сирона]
— Врунишка, — едва донеслось до меня.
Её клинки срослись прозрачной перепонкой, и Девятая рванула следом. Мы неслись в небеса, а системы ПВО ожили, выпуская ракеты. Как я и хотел, почти все нацелились на неё. Я же мчался выше, влетел в серое облако и не останавливался. Мороз начал сковывать конечности, крылья замедлялись, но я врубил[Сканер местности] на полную и накренился к земле. Хлопок крыльев — и тело разорвало пространство!
Я искал точку в пустоте. Нашёл.
Пятьдесят метров. Десять.
— АААА-ААА! — заревел я.
[Воодушевляющий крик]
[Аура вожака]
[Пирокинез]
[Кросс]
[Пневмоудар]
Всё вложил в один удар. Рука дёрнулась — время рассчитано идеально. Я вылетел из облака и увидел Девятую, несущуюся на меня. Кулак взорвал реальность.
БАМ!
Ударная волна швырнула меня назад. Руку разнесло в клочья, пламя и грохот поглотили всё, будто небеса раскололись. Девятая с безумной скоростью полетела к земле, её крылья сломались, тело закрутило, как в мясорубке.
Я падал, кувыркаясь в воздухе. Крылья разорваны, система орала о критическом состоянии. Даже вкаченный интеллект не спасал такого идиота, как я.
«Я иду, братишка!» — мелькнула мысль.
Мимо пронёсся космолёт.
Они смогли.
Хорошо.
Земля приближалась.
Удар.
И больше ничего.
Глава 23 Все… «Жизнь — как коробка шоколадных конфет. Никогда не знаешь, что внутри.» — Форрест Гамп
К своему удивлению, я всё ещё был жив. Чувствовал себя каким-то неубиваемым тараканом. Хотя, если честно, я не чувствовал ничего, кроме ошеломляющей боли. Перед глазами горели алые надписи, каждая из которых твердила: «Критическое состояние». Кажется, это уже можно назвать моим привычным состоянием. Хе-хе…
— Кха! Кха! — я закашлял кровью, вязкой, с привкусом стали.
Я попытался разлепить веки. Глаза застилала кровь, тут же запёкшаяся от жара тела. Но слух ещё работал. Шаги. Где-то сбоку — лёгкие, женские.