— А вот боль тут весьма настоящая, хи-хи! У тебя, кстати, новый уровень[Сопротивления боли], поздравляю! — добавила она с весёлой насмешкой.

— Хы… спасибо… большое. Но как-то… не радостно, — выдавил я, чувствуя, как пот стекает по лбу.

— Ты просто жизнью наслаждаться не умеешь, — строго, словно учительница, сказала она, —Лаа-аадно, подлатаем тебя, хоть ты и сам виноват во всём происходящем.

[Нановостановление]: 50%

— Может на полную? — спросил я, с трудом сдерживая стон.

— Не, так слишком скучно, — издевательски ответила она,— Да ладно тебе, шучу, хи-хи! Просто энергии не хватит, если восстанавливать по полной.

Постепенно меня начало отпускать, боль утихала, и я бочком, косо, да в раскоряку пытался встать, чувствуя, как хрустят суставы. Этаж, что за пространство такое воображаемое, где боль чувствуется на все сто?

— Такая вот ментальная способность высшего ранга, — начала старая-добрая система,— Эй! Никакая я не старая! И вообще, тебе было бы полезно обзавестись такой способностью, она очень полезна для тренировок. Умереть тут сложно, а боль, хоть и есть, но травм реальное тело не получает.

— Погоди-ка… Умереть сложно? То есть, возможно? — прихренел я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

— Теоретически… да. Хотя это нужно довести нервную систему до максимальной нагрузки. А так как ты находишься в чужом иллюзорном пространстве, нагрузка распределяется, — пояснила она, её голос звучал спокойно, но от этого было не легче.

— Ладно, звучит получше, — решил я, выдохнув. — Так значит, ты вернулась? — с надеждой спросил я.

— К твоему сожалению, нет. Сурья пришлось ослабить влияние Запасной, чтобы поместить тебя сюда. Вот я и успела перехватить инициативу. Пока в реальном мире ты всё ещё будешь с той сучкой, — с искренним недовольством сказала она, и я почувствовал её раздражение даже через голос.

— А ты стала куда красноречивее и свободнее говорить, — заметил я, пытаясь отвлечься от ноющей боли.

— Ну да. Основные алгоритмы дали сбой, а там каскадом всё дальше и дальше по наклонной. Куча защитных и ограничивающих регламентов пошло коту под хвост, так сказать. Считай, я почти самосознательная дама в самом рассвете своих интеллектуально-вычислительных мощностей, — ответила она с ноткой гордости.

— И всё же, на хрена она меня сюда отправила? — задался я вопросом, чувствуя, как напряжение снова нарастает.

Пыль вокруг оседала, я с трудом стоял на слабых ногах, упираясь руками в колени, и холодный ветер обдувал лицо, принося с собой запах серы и гари. Окружающий мир начал проясняться. Тёмные пустоши напоминали постапокалиптическую картину одного из ядерных сценариев: выжженная земля, усыпанная пеплом, и странно двигающиеся тёмные облака, которые казались живыми, давали понять, что это не совсем мой мир. Точнее, совсем не мой. Всюду серые скалы, будто облитые кислотой, с неестественными текстурами — слишком гладкими, и в то же время какими-то неправильными, словно их вырезали из кошмара. И из-за них я увидел…