—Должна предупредить: уровень в иллюзорном пространстве повысить нельзя, — сказала она, и её слова ударили, как холодный душ.

А нахера я тогда стараюсь⁈

— И ты говоришь об этом только сейчас⁈ — взбесился я, чувствуя, как кровь приливает к вискам. — И как, по-твоему, я должен продолжать, если их становится всё больше, а уровни всё выше⁈

—Ваня, не надо истерить. Не я тут устанавливаю правила. Тебе придётся выпутываться иначе, — ответила она, и её голос звучал спокойно, но с лёгкой укоризной.

Пиздец… Я завалил порядка сорока… ещё нужно больше девяти сотен. И как мне это провернуть? Я пытал уже десяток шадов, и каждый, сука, крепкий, не расколешь. Если не получу данные об оружейных складах и базах, я не знаю, сколько времени мне понадобится на такую цифру…

И тут глаз зацепился за тёмный силуэт, его очертания едва проступали в полумраке. Я сразу шмыгнул между камней, чувствуя, как сердце колотится от напряжения. Я стал куда осторожнее, совсем на себя не похож. Но это приносило результат, а значит, направление верное, и холодный ветер шептал о надвигающейся опасности.

Двухметровый амбал… и всего один. Броня массивная — полный комплект, пушки нет, только лазерный топор за спиной, — рассматривал я, и тут мелькнула мысль: «Интересно, они реально используют топоры, или это Сурья придумала?» Его шаги гулко отдавались на камнях, а воздух вокруг него дрожал от слабого гудения экзоскелета.

Я тут же подрубил[Концентрацию силы] , что уже взяла третий уровень, и ринулся меж камней, слыша, как они хрустят под ногами. Сразу дал команду на построение вероятного маршрута и начал готовиться к атаке, выбирая место, где тени были гуще.

Язык неосознанно облизнул губы. Азарт начал разгораться внутри, кровь забила в висках, и я чувствовал, как пот стекает по лбу. В голове одна мысль: «А сколько дадут за этого?» Уровня я его не видел, скрыл. Но в этом районе никого выше десятого я не встречал. На крайняк, он одиннадцатого. Но он один, а я без особых трудностей справлялся с тройкой девятого уровня при условии внезапности.

—Иван, у меня нехорошее… — начала она, её голос дрогнул.

— Ха… Предчувствие, что ли? — посмеялся я, чувствуя лёгкую дрожь в руках.

—Скорее разрозненный анализ, основанный на полученных за последние часы данных, — серьёзно ответила она. — Шады в 96% случаев не патрулировали в одиночку. Такой исход возможен только при смерти товарища. Также его траектория не соответствует мышлению шада.

Действительно, пунктирная линия петляла, резала углы, и её мерцание на карте казалось тревожным. До этого шады шли по стабильной, понятной траектории. И что это значило? Что это, скорее всего, не шад. А это значит…? Что мне, в принципе, похер.