— Бу!

Она взвизгнула и отшатнулась, едва не свалившись в воду.

— Ты… ты… — она не могла подобрать слов от возмущения.

Я, хохоча, забрался на плот.

— Ну что, спасительница? С таким настроем ты свои долги жизни мне точно никогда не отдашь.

Амелия покраснела до корней волос. Она села на короб, мокрая и уставшая, и нахохлилась, как воробей под дождем. Лицо ее стало еще более хмурым, чем раньше.

Я вздохнул. Проверил удочку. На крючке болтался кусок рыбьей губы, ну хоть крючок на месте.

Начинать пришлось заново, ведь здесь мы рыбу изрядно распугали. Спустился на плоту чуть ниже по течению, выбрал новое место, закинул прикормку и насадил наживку. На этот раз действовал осторожнее. Когда клюнуло, я не стал спешить, а терпеливо изматывал рыбу, не позволяя ей приблизиться к плоту.

За следующий час я с трудом вытащил двух крупных Сазанов. Амелия сидела тихо, боясь лишний раз пошевелиться.

Судя по заходящему солнцу, уже вечерело. Пора было возвращаться домой.

Я как обычно привязал к плоту веревку, перекинул ее через плечо и побрел по мелководью, таща наше суденышко на буксире. Нужно было подняться выше по течению, чтобы потом река сама снесла нас к острову. Амелия сидела в центре плота, крепко вцепившись в оглушенных рыб, чтобы они в этот раз никуда не делись.

Когда мы поднялись достаточно высоко, я забрался на плот и взял в руки весло.

Небо окрасилось в багровые тона. На реке стоял полный штиль, ни единого ветерка. Мы плыли молча. Я греб, а Амелия смотрела на воду. Тишину нарушал лишь плеск весла.

Когда до острова оставалось совсем немного, Амелия вдруг встрепенулась.

— Ой, Ив! А что это? — она показывала пальцем куда-то вперед.

Проследил за ее взглядом. Прямо по курсу на глади воды расходились странные круги. Они становились все шире, а в центре вода начала закручиваться в воронку.

Да это же водоворот!

Он стремительно расширялся, затягивая все вокруг.

— Держись! — тут же крикнул девчонке, пытаясь выгрести в сторону.

Но течение было слишком сильным. Плот неумолимо тащило к центру воронки.

Амелия в панике закричала.

Я грёб изо всех сил, выжимая из себя всё на что был способен. Мышцы горели, но плот продолжал двигаться к центру водоворота, словно его что-то туда тянуло.

И тут с оглушительным треском сломалось весло. Обломок вырвало у меня из рук и унесло в бурлящую воду.

Звиздец.

Плот закрутило, словно игрушку в гигантской воронке. Нас неудержимо тянуло к самому центру. Амелия с криком бросилась ко мне, вцепилась мёртвой хваткой и зажмурила глаза.

Вода и небо слились в единое размытое пятно. Воронка становилась всё шире, а мы всё глубже погружались в её тёмные недра. Вода наступала, мы проваливались в темноту. Я чувствовал неимоверное давление, а сознание начало медленно отключаться.