Охотник молча кивал, впитывая информацию. Закончив с ним, я направился к Маркусу.

Друг нашёлся возле их старого дома, он возился во дворе с каким-то снаряжением. Увидев меня, он широко улыбнулся и тут же начал расспрашивать, где я пропадал. Я коротко рассказал о озере и планах остаться там на одну или несколько недель, скромно умолчав об Игнисе. Не думаю, что этот могущественный отшельник обрадовался, если бы я начал распускать о нем слухи.

Маркус, кстати, сам вызвался помочь со сбором припасов.

На рынке мы провели около часа. Торговец Чжао встретил меня с привычной масляной улыбкой и обычным желанием содрать побольше за каждую мелочь. Я закупил несколько мешков крупной соли, немного специй, верёвки, несколько мотков холстины, котелок побольше, крупы, инструменты для постройки коптильни. Маркус тащил мешки, попутно расспрашивая о деталях моего плана.

Между делом объяснил брату, что собираюсь серьёзно заняться развитием. Он понимающе хмыкал, время от времени вставляя советы по выживанию в диких местах.

Когда с хозяйственной частью было покончено, я направился к самому важному пункту в моем списке дел, к лавке Равенны.

Старушка сидела на своём обычном месте, в тени навеса, перебирая пучки сушёных трав. Увидев меня, она приветливо кивнула.

— Ив! Давненько не заглядывал. Что на этот раз нужно?

— Корни Ясной Мысли, — сказал ей, подходя ближе. — Много. Штук пятьдесят, если есть.

Равенна приподняла бровь.

— Пятьдесят? — она покачала головой. — Столько у меня отродясь не было. Корень редкий, растёт только в определённых местах, да и собирать его непросто.

— А сколько есть?

— Двадцать семь штук. Это всё, что осталось после последнего сбора.

Двадцать семь. Хм… Меньше, чем хотелось бы, но лучше, чем ничего.

— Беру все.

Старушка полезла под прилавок, доставать из своих запасов связки корней, выложив их половину, вдруг остановилась и посмотрела на меня внимательным взглядом.

— Ив, — её голос стал серьёзнее, — ты ведь понимаешь, что с этими корнями нужно быть осторожным? Корень Ясной Мысли даёт ясность ума, но за это приходится платить. Каждый раз, когда жуёшь его, берёшь в долг у собственного тела, — она постучала пальцем по виску. — Потом голова раскалывается. Если используешь слишком часто, то начнутся головные боли, бессонница. А если меру потеряешь, то и рассудка можно лишиться.

Задумался, её предупреждение я помнил, да и вчера, когда изучал свиток, голова действительно побаливала. Списал на усталость, но что, если это накопленный эффект от приёма корня?

Размышлял я недолго, как краем глаза уловил движение на главной улице и замер.