— Я не люблю оставаться в долгу, — продолжил старик. — Поэтому закрою его сейчас.
Он потянулся к поясу, но на этот раз не к ножнам, а к небольшому мешочку, висевшему с другой стороны. Запустил внутрь пальцы и вытащил пучок трав, которые мягко светились в темноте зеленоватым светом, будто в них была заключена сама жизнь.
А следом появилась небольшая каменная ступка с пестиком.
Я посмотрел на эти предметы и почувствовал, как в груди разгорается искра любопытства.
Кто же ты такой, старик?
Глава 9
Я подвинулся ближе, и мой внутренний повар навострил уши. Готовка есть готовка, неважно, чем ты занимаешься на кухне: рубишь овощи или варишь эликсиры.
Травы были необычными. Листья мерцали мягким зеленоватым светом. Стебли казались полупрозрачными, и сквозь них угадывались тонкие прожилки, сияющие чем-то живым.
Старик положил их в каменную ступку и взялся за пестик. Первые движения были неспешными, почти ленивыми: он просто разминал листья, выдавливая из них сок. Знакомая техника, так мнут базилик для песто, чтобы не рвать клеточные стенки, а именно выжимать эфирные масла.
Но потом началось странное.
Дед зачерпнул горсть воды из стоящей рядом миски и плеснул в ступку. Обычная холодная вода из ручья. Я сам её набирал час назад.
Вода коснулась травяной массы и… закипела.
Мгновенно по поверхности побежали пузырьки, пар взметнулся тонкой струйкой, и содержимое ступки забурлило так, словно под ней разожгли адский огонь.
Я моргнул.
Что за…
Нет, серьёзно. Что за дьявольщина?
Вода не может закипеть сама по себе. Для этого нужна энергия, нужен нагрев, ведь законы термодинамики никто не отменял, даже в магическом мире практиков.
Старик же продолжал работать, не замечая моего оцепенения. Пестик описывал размеренные круги, содержимое бурлило, и над ступкой поднимался густой пар. Вот только вместо того, чтобы рассеяться в воздухе, он закручивался спиралью и опускался обратно, втягиваясь в саму жидкость. Замкнутый цикл, который сам себя питал.
Не прерывая движений, он полез свободной рукой в мешочек и достал горсть красноватых ягод. Они напоминали крупную клюкву, но светились мягким внутренним светом. Одним небрежным движением он бросил их в бурлящую смесь.
Ягоды вспыхнули.
Буквально вспыхнули, как спички. Алые всполохи пробежали по поверхности, и цвет растёкся по жидкости волнами, смешиваясь с зелёным. Результат получился невозможный, рубиново-изумрудный оттенок, который переливался на свету.
Старик не останавливался. Следующей в ступку упала горсть серебристых кристаллов, похожих на крупную соль. Они не долетели до дна.