Голос Эммы дрогнул.
— Дядя хочет съесть эту пилюлю сам. Он сказал, что как близкий родственник сможет… сможет принять мою пробудившуюся силу.
Я слушал, и мир вокруг будто сузился до размеров этой маленькой комнаты с детскими рисунками на стенах.
Духовная энергия. Это же не просто какой-то абстрактный ресурс для культивации, это жизненная сила, то, что делает живое живым. Дыхание, биение сердца, сама суть существования.
И если алхимик вытянет из Эммы всю духовную силу ради извлечения родословной, то она… Она погибнет.
Вот черт! Я сидел и смотрел на девятилетнюю девочку напротив меня, сохраняя абсолютное спокойствие. Но появившийся холод внутри начал превращаться в нечто иное. Лёд кристаллизовался в острые грани, и они были острее любого ножа, что я когда-либо держал в руках.
Виктор Винтерскай, ублюдок, что выбросил своего беспомощного племянника умирать. Который годами избивал маленькую девочку. И теперь собирается высосать из неё жизнь.
Вот почему он держал её под домашним арестом и почему окружил охраной. Он растит её как свинью на убой, откармливает препаратами и следит, чтобы никто не похитил его драгоценный «ингредиент».
Руки сжались в кулаки сами собой.
— Через сколько дядя собирается пригласить алхимика? — спросил я спокойно, будто спрашивал о погоде.
— Через два месяца, — Эмма шмыгнула носом. — После того, как препараты полностью раскроют мою родословную.
Два месяца.
БАБАХ!
По стене побежала паутина трещин в месте моего удара. Сама же стена содрогнулась, отчего картинки на стенах закачались.
Боль в руке отрезвила. Я посмотрел на разбитые костяшки, на выступившую кровь, и медленно выдохнул. Два месяца значит?
Эмма смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Не испуганными, скорее удивлёнными. Словно не ожидала, что я буду так реагировать.
— Брат…
В коридоре, за дверью комнаты, раздались тяжёлые шаги. Половицы надрывно заскрипели под чьим-то весом.
Мы замерли.
Шаги приблизились и остановились прямо за дверью.
— Юная госпожа, — спросил грубый голос с той стороны. — у вас всё в порядке?
Глава 12
— Всё хорошо! — голос Эммы прозвучал на удивление спокойно. — Я просто уронила книгу.
Пауза за дверью. Половицы скрипнули, словно охранник переступил с ноги на ногу.
— Мне нужно проверить, юная госпожа.
Это прозвучало не как просьба, скорее как уведомление: сейчас открою дверь, и неважно, что ты об этом думаешь.
Я быстро огляделся по сторонам, прикидывая варианты. Комод, кровать, письменный стол, пара стульев. Шкаф был слишком маленьким, даже если сложусь пополам. Под кроватью прятаться детский сад, первое место, куда посмотрит любой охранник с мозгами больше горошины.