Через час полегчало, я раздвинул один глаз пальцами и нашел на твитче какую-то передачу с русским ведущим. Очень напомнило одного радиохулигана, которого слушал летом у деда: тот так же болтал ни о чем, ставил одни и те же пластинки по кругу, то и дело перебивал музыку какими-то самодеятельными частушками. Ребята рассказывали, что его уже раза три ловили, но он собирал новый передатчик взамен конфискованного и снова вещал на весь город по выходным.

Вот и тут человек получил возможность нести всякий вздор в камеру, чем и пользовался. Да еще и деньги собирал, если я правильно понял полоску с цифрами и выскочившее как-то сообщение.

Странное занятие, если подумать. В моем времени это романтика, техническое достижение — самому сделать «шарманку», обзавестись магнитофоном, найти записи. А здесь тебе и камеру дают, и микрофон, и специальные программы имеются, только сиди и болтай — но в чем смысл такого занятия? Деньги? И все?

Наверное я чего-то не понимаю. Та скрипачка хотя бы хорошо играла. Или это просто балагур из какой-то постоянной компании, веселит знакомых понятными только им шутками?

Когда надоело спросил машину, может ли она мне книгу прочитать? Машина порылась в картотеке и выдала мне «сайт» со звуковыми книгами.

Я, когда пришел работать в фонд, иногда шел вдоль длинных стеллажей и вытаскивал наугад рулоны — что попадется? Потом выяснилось, что самое интересное лежит в наших подвалах: среди завалов всяких скучных передач стояли Радионяня, Клуб знаменитых капитанов и огромное количество всяких старых спектаклей, оригиналы которых записывались еще до войны на покрытые золотом матрицы. Хватал что-то вечером в выходной и тащил к знакомым операторам слушать. У воды да не напиться?

Но один спектакль или концерт это пять-шесть рулонов, в карман не положишь и на улице не послушаешь. А здесь двенадцать записей на листе, три с половиной тысячи листов, средний размер двенадцать часов — и это лишь одно из многих таких хранилищ! Шевельни пальцем и слушай! Не перестаю удивляться тому, как богато живут потомки.

Запутался в незнакомых именах, запросил Ильфа и Петрова, уж там можно не сомневаться в качестве. Но увидел незнакомую книгу! Так-то слышал, что есть путевые заметки их путешествия в Штаты, но читать не доводилось. А здесь читали за меня, вполне профессионально, на уровне наших комитетских дикторов. Вот я и слушал, как два наших человека в компании хороших местных друзей отправляются в долгое путешествие по чужой стране.

И где-то часа три спустя сообразил, что ситуация схожая. Я тоже путешествую по совершенно незнакомому городу, по миру, о котором слышал только от фантастов. Что-то очень знакомое, а что-то совсем неожиданное, но за каждой мелочью есть сорокалетняя история. Увы, я не писатель с журналистским опытом, я простой работник телерадио…