Нет не так, нужно дать более общий план. К истории нужно подводить через мелочи, так что:
«То и дело поглядывая на экран я нажимал на буквы, собирая самый главный вопрос: "куда делся советский союз»
Да, так лучше. Постепенно дойду и до сегодняшнего дня, тогда можно будет много чего обсудить. Поскорей бы!
Глава 11
— Благородный дон снова без денег?
Я дожевал гречку и пожал плечами:
— Можешь спасти, войдя в положение.
Артем помотал головой и сев рядом признался:
— Сам такой. Потратился на обувь к лету.
Ну да, а обед у него по полной программе — и первое, и второе с мясом, и обязательный компот. Это я с начала приключения беру «студенческий банкет»: двойную порцию гречки с бесплатной подливкой, заедая хлебом и запивая чаем.
Как учат с детства — ешь молча. Мы так и поступили.
В будущем тоже «обед для бедных» стоит двадцать копеек? Ну или пятьдесят рублей новыми. Меня так пришибло всеми изменениями, что даже прицениться как следует не смог: самому смешно, как на эти богатые полки таращился. Турист в капстране, хоть юмореску пиши.
Кстати, я же теперь официально заграничный человек! Свой новый паспорт нашел в коробочке с лоскутами и нитками — знал, куда положить, туда не каждый месяц заглядываешь. Илья Терещенко, гражданин Республики Молдовы — фотография ровно такая же, как в моем нынешнем, советском. Уже не удивляюсь, если у них там достаточно в компьютер засунуть, кнопку нажать и хоть семидесятых годов фото, хоть семнадцатого века картина — вкалывают роботы и счастлив человек.
С другой стороны это чуть ломает мою историю про пензенского аборигена… но будем считать, что я стесняюсь иностранного происхождения.
Одну тарелку опустошить быстрей, чем две, так что я попивал чаек откинувшись на спинку и ждал, пока приятель насытится. Он мое молчание заметил:
— Чего молчишь? Задумал что?
— Так… — я неопределенно покачал стаканом. — Обдумываю сюжетную концепцию.
Он вопросительно поднял брови, не переставая жевать, и я пояснил:
— Человек узнает свое будущее. Оно не то, чтобы плохое, но такое, серенькое. Жигуль в лотерею не выиграет, но лет через десять швейную машинку получит. На полюсе не побывает, но в Сочи катается через год. Ну вот такое — и что ему делать?
— Фантастика?
— Да вроде того, дали пьесу незавершенную почитать. Как работнику культурки.
В нашем театральном кружке я действительно считался как бы приближенным к высшим духовным сферам человеком. Даже как-то помог одно письмо в передачу зачитать, хватанув незаслуженного авторитета.
— Чего делать — жить и все, чего еще?
Я покивал. Артем уже не первый, к кому я приставал с таким вопросом. И все пожимали плечами, мол ну узнал и узнал, плохо ли? А вот французский писатель из этого знания целую трагедию вывел и гибель инопланетного народа.