А потом в дверь позвонили.
Я дернулся, открывая глаза, отрывок очередной главы ускользнул, оставив ощущение незавершенной работы.
Позвонили снова.
Вскочив, я натянул брюки, потом долго не мог найти очки, которые раньше клал на стул рядом с кроватью, а здесь приходилось оставлять на столе рядом с клавиатурой. Наконец, я кое-как пригладил волосы со сна, посмотрел в глазок. На площадке будущего никого. Так, если за дверью прошлое, то я открою и нежданный гость увидит квартиру будущего. Рисковать? Третьего звонка не было, может уже ушли.
Вздохнув, опять пригладил волосы, а затем, решившись, осторожно приоткрыл дверь. Никого.
Уже закрывая, я заметил клочок бумаги на половичке. Нагнулся — записка.
«Выходи к десяти посидеть на лавочке. Поговорить надо.»
Подпись… подпись была моя.
Глава 10
Я сидел на лавочке, в скверике перед школой. Здесь у нас в прошлом лавочек было меньше и дорожки не плиточные, просто щебнем отсыпаны, но если закрыть глаза, то отличий на самом деле мало. Я как раз и сидел полуприкрыв глаза и подставляя лицо проглянувшему сквозь тучи солнцу. И у меня даже не возникало сомнений, что вот это — я.
Глядеть на себя вот так разнежившегося со стороны было неловко и я кашлянул.
Я-который-старый открыл глаза:
— А, привет, Илья. Присаживайся. Поговорим.
Сев на другой конец лавочки я снова поглядел на себя-его. Плащ, очки в тонкой металлической оправе, брюки. Слегка выбивались из образа спортивные туфли с шнуровкой, не кеды, а такие, на твердой подошве. Но по ним было видно, что это просто удобная обувь для ходьбы, да и цвет не яркий: хоть в пир, как говорится, хоть в мир. Добавляем шляпу — получался типичный моложавый пенсионер, поработавший на ответственных постах, а теперь живущий в свое удовольствие.
— Поговорим. А о чем?
— Хороший вопрос… о чем бы ты хотел?
У меня точно евреев в роду не было? Выпрямился сердито, уставился на себя. Да, терещенковская порода, одно лицо с дедом. Я в старости нормально выглядеть буду.
— Это ты все устроил?
— Не, это ты.
— Когда?
— Через сорок лет.
— То есть все-таки ты?
— Сойдемся на том, что это командная работа.
Черт, как с дедом рядом сидишь, только там они о чем-то догадывались через жизненный опыт, а этот напрямую знает обо мне все! Вообще все!
— Так о чем говорить будем?
Он посмотрел на меня, хмыкнул:
— О правилах пользования локальным чудом.
— А это чудо?
Перебивать было невежливо, но вопросов было уж больно много, прорывались.
— Ну, можно сказать, что равноценное чуду событие. И чтобы его не запороть помни одну вещь — вдвоем в квартиру мы не входим. И вообще, пользуйся той, что из будущего, а в прежнюю пока не суйся.