Он подхватывает меня, руки на моей спине притягивают ближе, держат крепче. Я не могу сдержать всхлип, который превращается в стон.

Как только мой рот открывается, он пользуется шансом, проскальзывая языком между моими губами.

О боже мой. Где этот мужчина был всю мою жизнь?

Ноа не осуждает меня за желание иметь сталкера. Он не осуждает мое искусство. Он посылает подарки моему ежику. Он поощряет мои хобби. Он целуется, как бог.

Но он все еще мой клиент. И это совершенно неуместно.

Я отстраняюсь, прерывая поцелуй.

Мое сердце колотится. В тишине мы смотрим друг на друга, задыхаясь. Я бы хотела прочитать его мысли, но что-то подсказывает мне, что он разрывается между желанием принять конец поцелуя и желанием притянуть меня обратно.

Наконец, я выпаливаю:

— Извини. Я знаю, что это поддельные отношения. Это было непрофессионально с моей стороны⁠…

Я не успеваю закончить извинения, как Ноа притягивает меня обратно.

Его губы на моих, на этот раз горячие и настойчивые. Он больше не ласкает нежно мои губы и не вводит язык мягко. На этот раз он пожирает меня.

Зубы захватывают мою нижнюю губу, сосут, тянут. Языки сплетаются, из наших глоток вырываются стоны⁠…

Я сжимаю его рубашку в кулаки. Я собираюсь затащить его в спальню. Мне плевать, что сейчас я выгляжу хуже, чем когда-либо, в его глазах. Спортивный костюм и растрепанные волосы, без макияжа, большие хлопковые трусы. Ему, кажется, тоже все равно, и это каким-то образом делает его поцелуй еще слаще.

Я собираюсь прервать наш поцелуй ровно настолько, чтобы пригласить его в свою спальню, когда мелодия звонка заставляет нас обоих подпрыгнуть.

На секунду мы замираем, ошеломленные. Наши гормонально-затуманенные мозги пытаются понять, что это за звук.

Мой мозг, должно быть, включается первым, потому что я киваю на карман Ноа. Я не вижу очертаний его телефона, но вижу очертания кое-чего другого. Кое-чего, что я бы очень хотела исследовать дальше.

— Кажется, тебе кто-то звонит.

Ноа торопливо достает телефон, прочищает горло, прежде чем ответить.

— Алло?

Его голос немного срывается на приветствии, и я прикрываю улыбку.

— Мы опоздали? К чему? О, точно! Да, я сейчас приеду. Я приду с Саммер? — Надежда поднимает его черты, когда он поворачивается ко мне и беззвучно произносит: Семейный ужин?

Я киваю, хотя предпочла бы пропустить ужин и сразу перейти к моей кровати.

— Ага, я приду с Саммер. Скоро будем. — После того как он заканчивает разговор, напряжение все еще витает в воздухе, как статическое. — Как думаешь, мы можем нарушить правила «Плюс один», чтобы я отвез тебя к родителям?