Тревожные вести, разговоры, все чаще заканчивающиеся криком или замыканием собеседников в себе. Никто не знал точно, что именно происходит. Но люди собирали войска. Близкие прощались друг с другом. Добровольцы с мрачными, серьезными лицами стояли в очередях, чтобы записаться в солдаты. Где-то там случилась беда. Ее еще никто не видел — но она была все ближе. А может и видел — но некому было о ней рассказать.
Не знаю, что именно происходило, но в одном можно было быть уверенным: все эти видения мне посылает «глаз Они». Был ли демон свидетелем происходившего, или просто остаток его разума хотел свести меня с ума — не знаю. Но ощущение реальности совершенно исчезло. А потом пробудилась моя собственная память.
— Слыш, сопляк, — парень на три года старше и почти в два раза крупнее сжимал кулаки, — по-хорошему тебе говорю — отдай планшет. Теперь он мой.
— Нет. У меня завтра турнир! Не отдам!
— Ну, крысенышь, ты сам нарываешься, — усмехнулся здоровяк, — держи его, ребята, сейчас он пойдет с лестницы покататься. Спросят в санчасти, так и ответишь, понял? А то еще добавим.
Меня схватили под руки, с твердой уверенностью, что сделать я ничего не смогу. Твари. Я так долго к этому шел. Говорят, я самый младший в российской про лиге. Стану, если одержу победу завтра. Не дам отобрать им свое будущее. Не дам оставить меня навсегда в этом дерьме.
Стоило здоровяку замахнуться, как я поджал ноги, увлекая держащих парней за собой. Противник промахнулся, матерясь совсем не по-детски. Но не растерялся и ударил меня ногой. Остальные последовали его примеру. Они были больше, сильнее и глумились, чувствуя свое полное превосходство. У них не было только одного — моей решимости.
Извернувшись, я схватил зачинщика за ногу и что есть мочи сжал зубы. Толстая джинса не поддавалась, но парень завизжал, как откормленный поросенок. Его дружки начали осматриваться по сторонам, и стоило донестись быстрому топоту женских каблучков, вся троица мгновенно ретировалась. А я остался, побитый, весь в кровоподтеках и ссадинах, но довольно прижимающий к груди целехонький планшет.
Сейчас мое критическое мышление уже не протестовало против увиденного. Мозг слишком ослаб. Оставалось только принять все происходящее как есть — оно было. Картины, одна фантастичнее другой, смешивались в моем рассудке. Различить, где бред, а где воспоминания, было невозможно. Но даже в таком состоянии я слышал все более обеспокоенные разговоры стражников.
Эльфы начали бунтовать. На окраинах империи вновь появились дикие драконы. Русалки топили рыбацкие корабли и торговые суденышки там, где их вроде давно уж извели. Звероящеры появлялись в лесах близ столицы и грабили купцов, обычных людей. Вместе с ними часто видели крысолюдов. В подземье был обнаружен огромный культ бога солнца, в котором участвовало множество ящеров, дварфов и даже эльфов. Там шли постоянные бои.