— Я не хочу жить с мужем в разных городах! — вставила свое слово Алина, посмотрев сперва на мать, а затем на меня. Для эмоциональной наглядности она бросила на стол маленькую ложку, и та звякнула о блюдце.

— А я вам говорила, что вы торопитесь с этой свадьбой! Как чувствовала, что до лета надо подождать. Но ты ведь никогда мать не слушаешь! Делаешь все по-своему! — сверкнула глазами на дочь Светлана Григорьевна.

— Меня переводят не прямо сейчас, я попросил отсрочить перевод до апреля, — вновь вступил я в разговор, вернее, уже спор.

— Вот видишь, всего два месяца — пролетят и не заметишь! — радостно воскликнула будущая теща, смотря на скуксившуюся дочь.

Домой я возвращался в скверном настроении. Перед Митрошиным было неудобно, да я сам себе уже опротивел — обманываю хороших людей. Раньше я к этой ситуации относился спокойно, но чем ближе к свадьбе, тем больше чувствую себя каким-то брачным аферистом. Может все отменить и рвануть на Черное море? Или понадеяться на то, что мне без штампа в паспорте выезд разрешат?

Кажется, я уже ненавижу эту страну, которая заставляет меня быть подонком. Нужны деньги и квартира — шантажируй, отбирай, придумывай криминальные схемы. Хочешь выехать за границу — женись. Да я из-за всего этого дерьма сегодня человека чуть не покалечил. Уже выбирал варианты: организовать Ленке несчастный случай или инсценировать ограбление, чтоб она выпала из активной жизни на те пару недель, которые остались до дня свадьбы. Так что нет, ничего я в своих планах менять не буду. Чем быстрее отсюда уеду, тем лучше, причем для всех.

Утром, когда я подъехал к отделу, у крыльца курил мой новый сосед по кабинету в обществе эксперта-криминалиста Котляр. Интересно, а чего он такой борзый в кабинете не курит? Журбина запретила?

Они меня тоже заметили. Переговариваясь, наблюдали за тем, как я паркуюсь, как выхожу из машины, захватив с собой портфель, как иду в их сторону. Теперь понятно откуда Боровиков накачался всеми этими сплетнями про волосатую лапу. Кстати, они же оба перевелись к нам из области. Не удивлюсь, если из одного места.

— Не приглашаешь? — спросила Инна, после того, как я поздоровался.

С Боровиковым тоже поручкался. Он дал мне руку явно нехотя, а вот для меня рукопожатие с недругом вообще не проблема, я и приятелем могу прикинуться, чтобы потом с улыбкой на устах воткнуть нож в спину.

— Куда? — терпеть не могу такие вопросы, когда не понятно, о чем идет речь.

— Слышала, в пятницу намечается нечто грандиозное, — она игриво затрепетала ресницами.

— А, ты про это. Так заходи, конечно. Угощу, — сделал я именно то, чего Котляр добивалась. Глазки она мне строила, чтобы попасть на пьянку? Стало интересно, что будет дальше.