— Сейчас Карпецу доложишь, это наш начальник, — охренел от полученной информации Саблин.
Начальником Управления уголовного розыска оказался генерал-майор милиции. Выслушал он меня очень внимательно и, мне показалось, отнесся к моему рассказу и предложению серьезно. Даже удивился, что меня не обозвали фантазером и не послали куда подальше.
— Чапыру надо в министерство к Щелокову везти, — отважился поторопить начальство Саблин, — чекисты скоро на него выйдут, от одного из них только что еле отбились, и то потому что они пока не знают, что наш Альберт ценный свидетель.
Карпец согласно кивнул, посадил нас в одну из милицейских машин и дал команду водителю ехать на Огарева. Сам же прилип к рации и начал давать указания. Последнее я увидел, когда мы разворачивались. А еще я заметил спешащих к Карпецу серьезных людей в штатском.
— Надо поторопиться, кажется, за нами погоня, — неожиданно для себя спокойно сказал я.
— Вот козлы, — прокомментировал Саблин, тоже наблюдая с переднего пассажирского сидения за событиями разворачивающимися на улице. — Давай, сержант, гони!
Глава 10
Водитель врубил сирену, и мы погнали. Я обернулся, за нами увязался хвост, правда, всего лишь из одной машины. Водитель тоже увидел комитетскую черную «Волгу» и еще больше прибавил скорость.
Движение в эти времена даже в столице не такое интенсивное, как в XXI веке, кроме того, на многих участках из-за теракта в метро его ограничили, так что лавировать между машинами нам не пришлось, гнали по прямой. Чекисты, понятное дело, не отставали.
— Они ведь не будут нас таранить или подрезать? — спросил я у попутчиков. Что-то меня эта погоня начала нервировать.
— Не должны, — ответил Саблин, но я уловил сомнение в его голосе. — Скорее всего, проблемы будут, когда мы приедем. Именно тогда они и попытаются тебя у нас отбить, — это он сказал более уверенно.
Попадать в лапы кровавой гэбни не хотелось. Память тут же подкинула информацию о подземной тюрьме КГБ, воображение нарисовало каменный мешок с плесенью на стенах и дырой в полу для отходов жизнедеятельности, откуда меня будут выводить только на пытки. Меня зазнобило, кажется температура поднялась. Ранение, затяжной стресс — немудрено. А мне еще перед Щелоковым или другим высоким милицейским чином речь толкать и объяснять, как я умудрился угодить на теракт. Лишь бы только свои не обвинили в его организации. Но вроде не должны, им выгоднее слепить из меня героя, я ведь сотрудник милиции, а значит все те безумства, что творил и от которых меня до сих пор передергивает, я делал по приказу министра МВД.