— Пока я здесь только прописан, но процесс получения хаты в единопользование идет.
Клара непонимающе на меня уставилась.
— Все нормально, комнаты смежные, так что коммунальной квартира не будет, — уверил я ее, помогая снять пальто. — Ладно, приводи себя в порядок, а через час у нас ужин с будущими родственниками.
На важное событие Клара надела стильное трикотажное платье, умело наложила вечерний макияж и стала совсем похожей на мою мать.
— Альберт, ты чего так смотришь? — заметила она перемену на моем лице.
— Просто соскучился, — отговорился я и отвел взгляд.
— Отличный костюм! — похвалила она мой прикид и попыталась найти бирку. — Это ГДР?
— Это наше ателье.
— Альберт, ты очень изменился, — проговорила она, когда мы вновь оказались в салоне автомобиля. — Квартира, машина — откуда у тебя такая хватка?
— Гены отца? — дал я подсказку.
— Альберт, наш отец Анатолий Чапыра! — сразу как-то подобралась сестра, ее голос звенел, она словно чеканила каждое слово. — Не упоминай о Взидрице при посторонних! Ты ведь не говорил невесте, что ты сын военнопленного? — она пытливо заглянула мне в глаза.
— Не говорил. Но вряд ли это останется для всех тайной, в поселке же о нас знают.
— По документам мы дети Чапыры и точка! — твердо произнесла Клара, закрыв тему.
К дому Митрошиных мы добирались в молчании. Всю дорогу каждый думал о своем. Я о выезде за границу. Слова Клары зародили во мне сомнения — не помешает ли получить разрешение мое происхождение? Шафиров обещал, что проблем не будет, документы же готовит подразделение МВД. Но дело в том, что, обещая, он не знал о моем настоящем отце. Надеюсь, ОВИР эту информацию так и не получит.
Знакомство сестры с невестой и ее родителями получилось сердечным. Природная сдержанность Клары с лихвой компенсировалась эмоциональностью Светланы Григорьевны.
— Теперь понятно в кого ты такой сухарь, — не преминула шепнуть мне Алина, когда мы шли к накрытому столу.
А хозяйка расстаралась. Здесь были и деликатесы в виде тонко нарезанной сырокопченной колбасы, балыка и буженины, паштет из трески, аппетитный вид которому придавал зеленый лук, выращенный на кухонном подоконнике. Были здесь и салаты: всеми любимые «оливье» с «винегретом», а также домашние заготовки: маринованные грибы, которые собирал лично прокурор, соленые огурцы. Мы тоже внесли свой вклад, пополнив стол консервированными ярко-красными помидорами.
Сперва разговор шел о родственниках: Митрошины рассказывали о своих корнях, сестра кратко упомянула об умерших родителях. Митрошины не удовлетворились и зашли с другой стороны, начали выспрашивать о поселке, доме, где живет Кларина семья, о ее работе. Ее должность начальника отдела делопроизводства будущих родственников удовлетворила, как и должность бригадира ее мужа, то есть моего зятя. Сестра тоже осталась довольна тем, что будущая невестка оказалась не просто студенткой, но и дочерью прокурора.