В отцовском баре. Но правду говорить было, конечно, нельзя. Официальный отец моего тела был каким-то работягой, а биологический вообще военнопленным. Повезло мне с родителем. Есть что вписать в анкету.

— То тут, то там, — обтекаемо ответил я. — А вы, Дмитрий Федорович, тоже дипломат? — перевел я стрелки. Чувствую себя каким-то разведчиком-нелегалом. Не жизнь, а сплошная легенда.

— Можно и так сказать, — тоже сошел с темы Поляков.

— Милый, я хочу шампанского, — напомнила о себя «невеста».

Вот не люблю я его открывать. Но раз дама пожелала, а я сегодня за бармена, то придется. Как только я взял бутылку в руки, меня окружила стайка женщин. Зря они так, я и облить могу. Но в этот раз им повезло, и получив желаемое, дамы удалились, утащив за собой и Светлану.

— И чем вы занимаетесь, Альберт? — Поляков отчего-то покидать меня не спешил. Новое лицо заинтересовало? А нет, причина в другом — к нам подошел отец «невесты».

— Служу, — просто ответил я.

— В каком ведомстве? — присоединился к допросу Горшков, а Поляков заинтересовано блеснул глазами, смотря на меня как-то по-новому.

— В милиции.

— Неожиданно, — Поляков в удивлении приподнял брови.

Горшков так вообще подвис.

— А, понимаю, продолжаете семейную династию. Так сказать, идете по стопам отца, — нашел «дядя Дима» удобоваримое объяснение моего присутствия среди элиты советского общества.

Горшкова слова друга ободрили.

— Все совсем не так. Я в семье первый, кто пошел служить в милицию.

— Бунтарство? — ухватился Поляков еще за одну более-менее понятную причину.

Горшков насупился и, судя по его виду, ничего хорошего более от меня не ждал.

— Распределение.

Удивил так удивил. Похоже, они оба даже не сразу поняли, о чем идет речь. Детей советской элиты распределяют туда, куда хотят их высокопоставленные родители.

— И куда вас распределили? В городское управление? — ухватился за последнюю соломинку Горшков.

— Игорь Геннадьевич, я в Москве проездом. А служу я в провинциальном городе, — шах и мат. Надеюсь, Света останется довольна.

Горшков взял полупустую бутылку «Macallan», налил себе в бокал чуть ли не до краев и выдул все залпом. Мне аж стало не по себе от такого варварства.

— Ты думаешь, она поедет с тобой в провинцию? — резко перешел он на «ты», но все же нашел в себе силы сразу не выкидывать меня из своей по-советски шикарной квартиры. — Или ты хочешь устроиться здесь в Москве? — ядовито добавил отец «невесты».

— Второе, — безмятежно ответил я.

— И, видимо, ты рассчитываешь на мою помощь? — добрался, как ему казалось, до сути Горшков.

— Ну, помощь лишней не будет, — я непринужденно улыбнулся.