— Появилась музыка, — отрапортовала Альтея, едва они подошли к прямоугольнику. — Это действительно та самая ария, но уже не фрагменты. Ария звучит целиком. Однако звучание в этот раз искаженное.

— В смысле? — не понял Скрипач.

— Звучит только одна пара из стереоканала, — ответила Альтея. — Если разделить запись на стереопару, и выключить одну линию, мы получим то звучание, которое сейчас фиксирую я. Из-за этого звук искажен.

— Но мы ничего не слышим, — сказал Ит.

— Звук очень тихий, всего восемь децибел, — ответила Альтея. — Я могу усилить.

— Усиль, — кивнул Скрипач. — Хотя бы до сорока сможешь?

— Без проблем.

Ария в этот раз действительно звучала странно — во-первых, они слышали наконец-то голос певицы, во-вторых, голос этот сопровождала одна лишь альтовая группа. Очень необычное деление, но… Ит и Скрипач переглянулись.

— Знаешь, на что это похоже? — спросил Скрипач. Ит отрицательно покачал головой. — Один наушник. Мы словно слушаем эту запись в одном наушнике из двух.

— Слушай, а ведь ты прав, — Ит задумался. — Но Киую была заключенной. Откуда бы она вообще, в принципе, могла взять наушник, пусть бы даже и один?

— Понятия не имею, — пожал плечами Скрипач. — Но факт остается фактом. Музыка совпала, а что до странного звучания — ну, вот такой вариант. Необычный. Нам главное что? Что маркер сработал, он тут есть. Поэтому теперь мы можем отправляться вниз с чистой совестью. И принять участие в Бертином мозговом штурме, или что они там задумали.

Ит кивнул, продолжая прислушиваться. Потом вдруг предостерегающе поднял руку, привлекая внимание Скрипача, и едва слышно произнес:

— Альтея, музыку тише, остальные звуки — громче. Быстро!

— Что ты… — начал Скрипач, но Ит сделал странные глаза, и приложил палец к губам.

Музыка стихла, оставшись едва различимым фоном, и — Скрипач услышал тоже. И так же, как Ит, замер.

Потому что они оба сейчас слышали шаги. Быстрые, деловитые, шаги троих или четверых людей, которые двигали в неведомом пространстве, то отдаляясь, то приближаясь снова. Шаги эти были не ритмичны и неравномерны, где-то в отдалении раздался вдруг скрип, больше всего похожий на скрип дверных петель, и мужской голос произнес недовольно:

— Кон да!

«Пусто», перевел для себя Ит. Скрипач посмотрел на него, и кивнул.

— Они ищут… её, — произнес он беззвучно.

— Вопрос только, где ищут, — Ит покачал головой. — Это здание, по всей видимости. То самое трехэтажное здание, о котором мы говорили, и с версией о котором согласились все. Они её ищут. И найдут. Здесь.

Не сговариваясь, они оглянулись — нет, в локации ничего не изменилось. Всё то же ровное бетонное поле, всё тот же прямоугольник, всё тот же возникающий в нём рисунок, который выводила и выводила невидимая «быстрая кисть». И шаги. Шаги и голоса, которые прилетали в это пространство неведомо откуда.