— Позже поймем, — пожал плечами Ит. — Фэб, пошли. Сейчас ещё и Бертик зависнет, помяни моё слово.

— Я уже, — сообщила Берта. — Метро у нас не было, правда, но вон тот переулок — один в один. Он абсолютно такой же, как на Терре-ноль.

— Идёмте, — снова приказал Фэб. — Время.

* * *

Номера удивили. Потому что это были аутентичные номера — именно так про них сказала девушка-горничная, которая провожала новых постояльцев к месту их проживания. Всего номеров взяли пять: одним из условий в договоре пребывания на время исследований на планете значилось проживание исключительно согласно гендеру. Берта и Эри заняли один номер, Лин и Пятый второй, Ит и Скрипач третий, Фэб и Кир четвертый, а Саб и Рэд пятый. Коту, разумеется, дозволялось бывать везде, поэтому участливая горничная перенастроила все двери согласно пожеланиям кота, который этому обстоятельству слегка удивился, по крайней мере, на горничную Шилд глянул с недоумением. Кажется, его насторожила такая забота о котах. Обычно люди к котам относятся несколько иначе. Прохладнее. К чужим котам, конечно.

Забота о мужчинах рауф, впрочем, тоже удивила — потому что горничная принялась извиняться за потолки, всего три метра высотой, и за кровати, которые являлись новыми. Вежливый Фэб поинтересовался, в чем же проблема, ведь новые кровати их вполне устраивают. Горничная огорченно вздохнула, и пояснила: интерьер гостиницы практически полностью аутентичен, он восстановлен в соответствии с оригиналом, но мужчины рауф слишком высокие, и обычные кровати для постояльцев им не подойдут. Поэтому пришлось на время их пребывания заказать эти, новые, подходящие по размеру. Извините. Нам очень неловко.

— Ну что вы, не стоит беспокоиться, — поспешил утешить горничную Рэд. — Мы всё понимаем, ничего страшного. Не огорчайтесь.

— Простите, а вы не могли бы уточнить один момент, — осторожно начал Кир. — Вы сказали «интерьер восстановлен». Не поясните, что это означает?

Кажется, он попал в десятку — горничная просияла, заулыбалась. А затем подошла к ближайшей двери, и указала на неё.

— Присмотритесь, — сказала она. — Видите? Она всё еще заживает, поэтому можно рассмотреть. Через пару-тройку лет она срастется полностью, но пока что фрагменты видны.

Ит, стоявший ближе всех к двери, всмотрелся — и с удивлением увидел, что дверь, оказывается, состоит из множества деревянных обломков, щепочек, сколов; осколки эти составляли одно целое за счет того, что были покрыты каким-то полупрозрачным материалом, который скреплял их между собой. При этом дверь была вполне функциональной: тяжелая, массивная, с изящной латунной ручкой, снабженной встроенным вполне себе современным замком.