— И как мы это сделаем, — Скрипач невесело усмехнулся. — Да, да, да, понятно, что тут могут быть женщины, точнее, следы этих самых женщин, но у нас по сей день нет даже намека на маркеры. Два года пустой болтовни, сотни теорий, а маркеров как ни бывало.

— В том числе и временных, — согласился Ит. — Будем думать. Мы наивные идиоты, рыжий. Мы считали все предыдущие задачи сложными. Так вот, эти предыдущие задачи были на уровне детского садика. Два плюс два равно четыре. Здесь…

— Итище, вот чего, — строго сказал Скрипач. — Заканчивай демагогию, очень тебя прошу. Сил больше нет. Берем поясные сумки, и пошли к народу. Надо сходить на прогулку, освоиться, перекусить, и потом будем решать, что делать дальше. У меня за два года этих обсуждений уже голова распухла.

* * *

Ресторанчик, имевшийся при гостинице, решили оставить на потом. Предупредили, что отлучатся, девушку, сидевшую за стойкой ресепшн, и вышли на тихую улицу. Машин не было, но вот люди всё-таки имелись, пусть и не в привычном московском количестве.

— Есть все хотят, или повременим? — спросила Берта, когда дверь за их спинами беззвучно закрылась.

— Давайте на бульвар, — предложил Фэб. — Поесть можно и попозже. Посидим, поговорим, а потом можно куда-нибудь зайти.

— Согласен, — тут же сказал Пятый. — У нас появилось несколько вопросов.

— Значит, точно бульвар, — Кир усмехнулся. — Вопросы плодятся, как тараканы. Псих, Солнце, вы уже выключили то, что хотели выключить?

— На имитацию переключили, — Скрипач вздохнул. — Как вы догадываетесь, всякие Марфы и Арфы нам сейчас будут совершенно ни к чему.

…Место, в котором разрешалось курить, обнаружилось неподалеку — стоящие кольцом лавочки с удобными спинками, несколько движущихся пепельниц, и внушительных размеров очиститель, замаскированный под старинную афишную тумбу. Сели. Закурили. Помолчали.

— Какие будут предложения? — осторожно спросил Лин. — С чего-то же надо начинать, да?

— Надо, — кивнул Кир. — Будем начинать, само собой.

— По старой схеме, — пожал плечами Скрипач. — Мы в поле, вы наука…

— Ага, разбежался, — хмыкнул Фэб. — Рыжий, мы теперь все, в некотором смысле, наука. Если, конечно, это в принципе можно назвать наукой. На данном этапе это больше похоже на подбрасывание кубика или гадание на кофейной гуще.

Берта с осуждением глянула на него.

— Фэб, ты опять? — спросила она. — Снова про маркеры? Ты хочешь сказать, что у нас их мало?

— Да, я уже говорил, и повторю ещё раз: у нас их мало. Исчезающе мало. Мы смотрели всё это время только на Россию, а конкретно — на Москву, потому что и ты, и Эри, обе были отсюда родом, и покойная Аделия, но! — Фэб наставительно поднял палец. — Стрелку, с высокой долей вероятности, этого мало. Ему нужна вся планета. Вся, дорогая моя. Ты сама об этом говорила, разреши тебе напомнить. Поэтому логично будет…