Лина подняла глаза, улыбнулась спокойно, без суеты.

- Тут хорошо, когда тихо. Можно услышать, как звенит тишина.

Артем подошел ближе, поставил сумку, потом как будто не выдержал и спросил, глядя куда-то в сторону, будто боялся увидеть в ее глазах что-то, к чему он еще не готов:

- Как вчера прошла прогулка с Марком? Ты ничего не рассказывала. Все нормально?

Лина чуть наклонила голову, посмотрела на него так, будто видела не просто напарника, а человека, которому сейчас очень важно услышать правильный ответ.

- Все хорошо. Мы просто поговорили. Спокойно. Без драм.

Артем кивнул, будто пытался уложить это «спокойно» в свою голову, сделать его безопасным.

- Рад. То есть… я рад, что без драм.

Лина потянулась к телефону, который лежал на стойке экраном вверх, подвинула его к Артему.

- Посмотри. Я вчера написала. Не для тебя… ну, не специально. Но пусть будет.

Артем нахмурился, взял телефон, начал читать. Сначала медленно, будто каждое слово нужно было не просто увидеть, а прочувствовать. Потом перечитал еще раз, чуть быстрее, будто теперь боялся, что оно исчезнет, если он моргнет.

И вдруг он выдохнул - так глубоко, будто до этого несколько минут не дышал. А потом резко шагнул вперед, обхватил Лину и крепко, отчаянно, но бережно прижал к себе.

Лина на секунду замерла от неожиданности, а потом обняла его в ответ, чувствуя, как уходит последнее напряжение, которое жило в ней столько дней.

Она чуть отстранилась, только чтобы посмотреть ему в глаза, и, не отводя взгляда, положила ладонь ему на щеку - теплую, чуть шершавую от утренней щетины. И поцеловала его - не торопливо, а так, как целуют, когда наконец-то можно не прятать свои чувства. Просто и честно.

Артем замер на мгновение, будто не верил, что это происходит, а потом улыбнулся - так широко, что в этой улыбке было все: и облегчение, и радость, и тихое «наконец‑то».

- Ты это серьезно? - прошептал он, все еще держа ее чуть крепче, чем обычно, будто боялся, что она исчезнет.

Лина кивнула, прижалась лбом к его плечу на секунду, а потом снова посмотрела ему в глаза.

- Серьезно. Я так сильно боялась, что если признаюсь, то что-то сломается.

Артем рассмеялся, и этот смех был таким светлым, что, казалось, даже тени в углу кофейни стали короче.

- Знаешь, что сейчас самое важное? - спросил он, чуть отстраняясь, но не отпуская ее руки.

Лина покачала головой, улыбаясь.

- Что?

- Что сиропы на месте. И будут на месте. А с остальным мы разберемся.

Они рассмеялись, и этот смех прозвучал как обещание: впереди еще много дней, много чашек кофе, много историй. Но теперь они будут делить их друг с другом - не как напарники, которые просто делят смену, а как люди, которые выбрали идти рядом.