Голова кружилась, а лоб, похоже, заливала кровь. Он вытер ее рукавом пальто, стянул его с себя, оставшись в рубашке-поло. Дождь, ливший так, будто небеса лопнули, сыграл им на руку.

– Ты вовремя! – благодарно кивнул он Абраксасу. – Я иду за Софи.

Демон широко улыбнулся, демонстрируя окровавленные клыки.

– Насколько я видел, она прекрасно справляется и без тебя.

Роули нахмурился в ответ, хлопнул дверью и поспешил к воротам. Возле входа стояла Дагмар, слегка помятая, насквозь мокрая, но живая. Ни Софи, ни «пиджака» с пистолетом видно не было.

– Где она? – зло рыкнул Роули, чувствуя, как в грудь холодной змеей вползает страх.

Дагмар повернула к нему восторженное лицо, по которому сбегали струйки воды.

– Как только тебя увели, она появилась у входа и заставила джинна подчиниться. Софи увела его вглубь кладбища.

– Прах! – Роули шагнул в ворота.

Ступни опалило болью, но, сжав челюсти, он двигался вперед по дорожке, высматривая Мортем. Он нашел их за костелом, почти возле креста.

Софи замерла, одежда промокла и облепила тело, а перед ней на коленях стоял «пиджак».

– Ты останешься здесь до заката. – Роули не узнал ее властный холодный голос. – Встань с колен. – Демон Гоэтии поднялся, полностью послушный ее воле. – Ты не сможешь никому ничего сказать. Только если спросят – скажешь, что пришел к родственнику.

Мортем приблизилась и наклонилась, забирая у него оружие.

– Софи! – позвал Роули, почему-то решив, что она способна выстрелить.

Девушка обернулась, и на ее лице промелькнуло облегчение.

– Встань и делай вид, что смотришь на могилу.

Тот повиновался, а Софи быстро приблизилась к Аластеру.

– Я испугалась. Думала, тебя забрали в Ад. – Она подняла голову и сокрушенно продолжила: – Я чудовище. Я хотела убить. Могла убить его.

Ее лицо было бледным, каким-то хрупким, словно не живым, а на щеках горел яркий румянец то ли от стыда, то ли от переохлаждения. Роули погладил ее плечо, обнял одной рукой, а второй забрал оружие и засунул за пояс.

– Ты мое чудовище. – Он приподнял ее подбородок, сдерживаясь, чтобы не прижаться губами к прохладной коже. – Иногда, Софи, нужно быть им, чтобы выжить. И это не делает тебя полностью плохой, как не делают меня полностью хорошим некоторые добрые дела.

Промокшие, они вышли к черной свите. Крупный дождь грозил перерасти в ливень. Все вокруг пропиталось запахом сырой земли и тлена. Мимо проехала машина и пропала в пелене воды.

– От Вильгельма никто не приедет. – Роули поджал губы, скрывая досаду. – Даже Карл не смог в течение дня добиться разрешения на раскопки.