До Вадима стало доходить, что это и не сон, и не бред, и не съёмки фильма «Холоп-2», а самая, что ни на есть, реальность. Да не виртуальная реальность, а обычная, житейская. Но как же он попал сюда?

Всё этот гадский туман. Знал же, что ничего хорошего он не приносит, да толку-то. И всё ещё из-за Снежаны, повёлся на её красоту. Вадим не винил себя за собственную глупость. Зачем, когда есть те, на кого можно всё свалить…

Но всё же, он не смирился с тем, что его забросило непонятно куда. Может быть, он ошибается, это аномалия, которая в любой момент рассеется. И откуда здесь живые мертвецы?

А может быть, он уже умер и это его персональный ад или рай? От этой мысли Вадим весь похолодел и ущипнул себя за руку. Нет, всё было нормально, и кожа отозвалась тупой болью. Гм, если он умер, то почему ощущает боль? А может, он в тумане нанюхался чего-то, и его накрыло наркотическим бредом. Почему нет? Может, из Калуги облако химии приплыло с гадостью какой, да накрыло его.

Или местные наркоманы рассыпали китайскую соль, она попала в костёр, раскурилась сама и поползла дурманом в лес. Версии нагромождались в его уставшем мозгу, как ледовые торосы в Антарктике, чем дальше, тем фантастичнее.

Он оглянулся вокруг. Нет, всё казалось реальным, и в тоже время необычным. Убогие домишки, рассыпанные по обеим сторонам просёлочной дороги, отсутствие любых признаков цивилизации. Люди, мало похожие на людей, а скорее, на сказочных персонажей.

Ни одной машины, или хотя бы железа какого в округе также не наблюдалось. Вадим поднял голову вверх, может самолёт какой пролетит или квадракоптер. Но небо отдавало глубокой синевой и постепенно темнело. Никаких инверсионных воздушных следов на нём не было. Вадим перевёл взгляд вниз.

Крыши убогих одноэтажных домишек были застелены либо старой, давно перепревшей соломой, либо кусками коры. «Дранкой», — всплыло у него в мозгу. Ничего похожего на листы жести, шифера или черепицы и в помине не было видно. А это уже было очень странно. Но внутренне Вадим по-прежнему не желал верить в то, что случилось, но местным это не нужно знать.

— Дайте еду, эээ брашно.

— А, так ты сначала нам расскажи, кто ты, а потом берсень дадим. Большего и не получишь, — сказала бабка, загадочно поблёскивая глазами. Была она похожа на миниатюру бабы-яги, но не по канону. Слишком она была беззубой, да и нос совсем небольшой, ну, а седые патлы и древний вид, это, да, было.

— Зовут меня Вадим Белозёрцев.

— О, как! Я же говорю, холоп, да не от простых бояр.

— Не, какой же он холоп? Имя странное, и фамилия есть, а не прозвище. Это литвин, да из поместных людей. Дурачком прикидывается. Ну, да ничего, расскажет. Староста из Козельска приедет к вечору, пусть он и решает. Да, Марья, твой же он сын, что скажешь?