Митрич всю дорогу качал головой и бормотал про себя, а Вадим шагал молча. Не до разговоров ему было. Противно на душе, противно на сердце. Дубинку он там и бросил, не стал мараться, новую вырубит или найдёт. Да, подложила ему свинью судьба, да куда бежать, куда скрыться? Он вздохнул и зашагал быстрее, нагоняя Митрича. А тот и сам ускорил шаг, и вскоре они уже стояли перед воротами Пустыни.

— Открывайте скорее, а то сами пойдёте по ночи в лес, искать себе на задницу хворобы.

За воротами послышалась суета, торопливые крики. Ворота распахнулись, и они вошли. Митрич сразу побежал на доклад, а Вадим отправился мыться. Яростно оттирая руки, он старался отделаться от заразы, которую сам себе придумал. Вечерял он отдельно от всех. Накормленный впервые досыта, получил чарку хмельного мёда, настоянного на бруснике, и отправился спать. Ночью в келье он был один, Аким куда-то ушёл и его рядом не было.

Утро наступило, как обычно, и хмурый и нелюдимый после сна Вадим вышел на порог странноприимного дома. Оглядевшись, он убедился, что его караулили всю ночь, так, на всякий деревенский случай. Что же, и он также бы поступил на их месте.

— Что, Аким, не спалось? — поддел он своего соседа.

— Ещё б с тобою спать рядом⁈ А после с мертвяками якшаться? А? — Аким окрысился, зло поблёскивая глазами. — Я бы с тобою и срать рядом не сел, не то што спать. Но вижу, что живой ты. Иди к Анисиму, он тебе всё скажет, а то бы я тебя быстро и одним ударом! — и Аким показал на лежащий с ним рядом здоровенный тесак.

— Хорошо, — кивнул Вадим и отправился искать отца Анисима. На тесак он не обратил внимания. Хотел бы, прибил, но не сложилось.

Анисима он нашёл довольно быстро и предстал перед его очами.

Тот внимательно посмотрел на Вадима, хмыкнул и сказал.

— Ступай пока к Серафиму, отдай ему всё, что собрал для чернил. Митрич мёд уже отдал ему. Пока пусть у него всё лежит, завтра за вишнёвым клеем пойдём в деревню. Готов? — И Анисим прищурил левый глаз.

Вадим дёрнул плечом.

— Оружие дадите, тогда готов буду.

— Ну-ну, ты сам у нас, как молоток, бац, и всё, черепушка на куски. Ладно, иди, некогда мне с тобой тут лясы точить.

Вадим пожал плечами и направился к Серафиму.

— Я принёс чернильные орешки и отец Анисим сказал, что Митрич мёду передал, — с порога заявил Вадим.

Серафим хотел было вспылить, но, взглянув на Вадима, почему-то осёкся.

— Вон ступка стоит, возьми её, выйди во двор, выпотроши все орешки в неё и измельчи, порошок я сам просею и мёду добавлю. Осталось только вишнёвого клея найти. Вы завтра идёте в деревню?