— Отказываться? — Не понял я, — комсомолец? Это что ж такое произошло то, что комсомолец в суеверия поверил?
Глава 6
— Да он не поверил, — вздохнул завгар, — там в другом оказалось дело.
— И в чем же?
Федотыч помолчал пару мгновений, потом все же разлепил пухлые губы:
— Понимаешь, какое дело? В общем, стали к Ваське шоферы относиться с подозрением. Раз уж он на испорченном самосвале ездит, стало быть, и сам может неудачу навлечь. А шофер, он иной раз, что твой космонавт. На дальний рейс через плечо не поплевав, не выйдет. Ну и стали Васю сторониться.
— У Васи испортились отношения с коллективом? — Уточнил я.
— Не то чтобы испортились, — поживал завгар губами задумчиво, — скорее, стали его тихонько сторониться. Лишний раз не заговаривают, сигаретку не попросют. Стал он навроде одиночки в гараже. Ходит все один да один.
— Чудно, — пождал я губы недовольно, — взрослые мужики, а как дети себя ведут.
— Ну так, — пожал плечами завгар, — народ простой, бесхитростный. Ну Вася не унывал. Казалось, только решительней изо дня в день становился. Ходит, брови к носу, сердитый. Но дело делает. Разговаривали мы с ним не раз на эту тему, — нахмурился завгар, — Вася считал, что поездит на Белке подольше. Все увидют, что нету в ней никакой опасности, ну и забудут потихоньку про это проклятье выдуманное. В этом я с ним согласился.
— Но, кажется, — глядя не на Федотыча, а на мельтишащую дорогу сказал я, — не получился его план.
— Не получился. Потому как возникла проблема там, где ее не ждали. Невеста Васькина взбеленилась.
Я сдержанно рассмеялся, понимая, к чему клонит завгар. Ох уж эти женщины с их трепетным, неспокойным сердцем! Ну и как же мужику, тем более молодому парню, спастись от женского беспокойства? Это сначала кажется, что пустяк. А когда прикипел к бабе душою, тут уж как ее слезы во внимание не принять?
— Закатила невеста Ваське скандал? — Спросил я, в общем-то, зная ответ.
— Ага. Етить ее… Девка суеверная. Дуреха! Сбила мужика с панталыку! — Зло расбухтелся Федотыч, — сказала, мол, бросай свою Белку! Бо замуж за тебя не пойду! Не хочу в первый год вдовая остаться!
Я снова засмеялся. Молодая кровь кипит, играет. Никуда от нее не деться. Тем более, молодому парняге-комсомольцу.
— Вот и доконала баба Василия. Вынудила написать в колхозе заявление, чтобы машину ему переменили.
— И ему переменили, — покивал я тихонько.
— Переменили. Скандал был в партийной ячейке. Отчитали Ваську страшно. Грозились из комсомолу попереть. Мол, что за дела? Комсомолец, а пасует перед суевериями! Но потом уж устаканилось.