Ярко освещённый коридор оказался пуст. Выглянув в него, я увидел ряд кают и лестницу, что вела куда-то вниз. Ну, вниз мне не надо, и я быстро пошёл мимо дверей кают. Проходя мимо одной, я едва не впечатался в открывающуюся дверь.

Недолго думая, пнул её ногой, отправляя обратно и не видя, кто за ней находится. Дверь хлопнула по носу выходящему, и из-за неё послышался возмущённый вскрик. Я с силой захлопнул дверь, поискав взглядом, нашёл тумбочку с вазой на ней. Ухватив её, кое-как забаррикадировал снаружи дверь. Дверь снова успела открыться, пока я возился с тумбочкой. Повторный удар ногой, и глухой стук возвестил, что по ту сторону кто-то свалился. Надеюсь, я смог отправить в нокаут непоседливого пассажира.

Время стремительно уходило, поэтому я рванул по коридору, интуитивно ища выход в рубку корабля. Через пару поворотов я достиг своей цели. Однако дверь в рубку оказалась закрыта. Сдерживая дыхание, я осторожно постучал, словно робкий школьник в дверь директора школы.

Никто мне не ответил. Я постучал сильнее, потом уже стал откровенно ломиться, боясь, что времени уже не осталось. После этого за дверью послышались возмущённые крики, и она распахнулась внутрь, явив мне бравого старпома, или Бог его знает кого, в красивой чёрной форме.

— Привет! — улыбнулся я ему.

Смуглый итальянец открыл рот, чтобы наорать, но тут его взгляд уткнулся в чёрный зрачок автоматного ствола. Все слова возмущения застряли у него в горле, он буквально подавился ими. Шагнув вперёд, я с силой толкнул его на пол и захлопнул дверь, защёлкнув её на замок, и тут же заорал:

— Все на пол!

Орал я по-арабски и связок не жалел. Впрочем, меня поняли, но не все. Рулевой точно был арабом, помощник капитана, судя по его роже, итальянцем, рядом с ним стоял стюард-индиец, держа поднос с бутылкой газировки, бокалом белого вина и ломтиками апельсина.

— Пьём, значит, когда все пассажиры в опасности?

— Что вам нужно? — на ломаном арабском спросил помощник.

— Шоколада. Меняем курс.

— Курс?

— Да, плывём в открытый океан, там нас встретит моё судно и заберёт всех пассажиров и команду в заложники.

— Что вы такое говорите? Вы кто такой?

— Что есть, то и говорю, но можно обойтись без заложников и смертоубийства. Я возьму деньги и уйду с вашего лайнера. Вы ведь хотите этого? И да, я пират, чёрный пират! У нас, на Мадагаскаре, много таких. Бойтесь!

Все слушали меня, открыв рты, но первым сориентировался рулевой. Он дёрнулся ко мне, надеясь сбить с ног, а зря. У автомата не было приклада, кроме железного проволочного, и поэтому мне нечем было его ударить, но видимо другого выхода нет. Я отпрыгнул в сторону и нажал на спуск. Автоматная очередь громом прогрохотала в небольшом помещении. Лобовое стекло рубки разлетелось вдребезги, все попадали на пол. Жалобно звякнул разбившийся бокал, полилось белое вино.