Доходы от баронии, конечно, на фоне герцогских владений выглядели слезами. Но это с чем сравнивать. Для человека, живущего службой боле чем прилично. Четыре миллиона в год, по честным расчётам ревизоров, позволяли не только есть и одеваться, но и держать несколько деловых проектов, вложить в пару фондов, купить хорошие акции и не задумываться о том, сколько стоит сегодняшний обед.

Когда Альда поняла, что точно нашла того, кто её спас, первым порывом было сделать самое человеческое и, пожалуй, самое бесполезное, что можно придумать.

Ехать. Ввалиться в казарму или на полигон, проскочить мимо растерянных дежурных, вломиться к нему в комнату, рассказать, поплакать в мундир, получить один благодарный поцелуй в щёку ‑ и пока-пока, я улетаю обратно в свой дворец, а ты продолжай тут умирать за короля и отечество.

Картина красивая и абсолютно тупая.

После пары ночей без сна, проведённых в попытках проиграть в голове разные версии этого героического налёта, она села и холодно разложила всё по полочкам. Что будет после? Он скажет: «Да, это был я». Она скажет: «Спасибо, вы спасли мне жизнь». Он ответит: «Вы не обязаны». Она скажет: «Но я хотела». Он кивнёт. Они неловко улыбнутся. Он уйдёт на построение. Она улетит на своё герцогское облако. И всё.

Нет. Её планы простирались намного дальше.

Она хотела не только видеть Ардора своим мужем, но и отцом их детей. И не одного-двух «для галочки», а столько, сколько организм позволит. В её мире фраза «обеспечить продолжение рода» никогда ещё не звучала настолько буквально.

Его любвеобильность…

— Да перетрахай хоть всех девок в округе, — вслух сказала она портрету, чтобы проверить, как это звучит не только в голове. — Устанешь и сам прибежишь домой.

Портрет оставался невозмутим. Можно даже вспомнить, что от барона и выше, согласно древним законам, можно брать две жены. А для герцогов формально вообще не существовало верхней границы ‑ хоть десяток, если хватит нервов и денег.

Привилегией этой, герцоги, понятное дело не пользовались — себе дороже, но право имели. Проблема заключалась в статусе жён. Они не являлись бесправными матками и воспитательницами детей, а полноправными членами общества, а значит создавали социальное обременение. А, следовательно, никому в здравом уме не придёт в голову заводить десять тестей, десять тёщ, со всеми родственниками и ужасами одновременного ПМС у жён? Ну и конечно все проблемы толпы детей от разных мамочек тоже добавляли перцу в эту историю. Так что никто не рисковал, а брал в жёны одну женщину, а если уж очень становилось невтерпёж, искал приключений по гримёркам и приватным кабинетам. Главное не создавать коллизий при которых придётся урегулировать права будущих детей адвокатам и обиженных девиц из благородного сословия.