И он действовал как среди вооружённых психопатов.
— Прекрасное платье, сударыня, — говорил он, аккуратно делая шаг в сторону, так, чтобы выйти из «коридора атаки» следующей мамы. — Цвет вам очень к лицу.
— Ваша дочь… мм… замечательно воспитана, — благодарно кивал другой, показывая, что услышал и оценил, но не подписался.
— Я когда-нибудь, непременно загляну к вам… — это уже стало его универсальной фразой, сродни «отставить» в армии. Никогда не уточнялось, куда, когда и в каком веке.
Когда одна особо настойчивая дама попыталась вцепиться в него сразу обоими руками, подавая вперёд дочь как штурмовой таран, он мягко перехватил инициативу.
— Сударыня, позвольте мне сперва хотя бы допить солго, — абсолютно искренне произнёс он. — Я очень плохо думаю без бодрящего и ещё хуже — под напором такой красоты.
Дама растаяла. Дочь покраснела. А Ардор за это время успел отойти на два метра и спрятаться за спинами трёх генералов, обсуждавших последние новости по вооружениям. Генералам, кстати, его манёвр понравился.
— Правильно работает, — буркнул один. — Если сейчас женится, мы его на фронт не вытащим. А так пусть побегает, живёт. Нам такие ещё очень понадобятся. Слышал, таргианцы опять армию собирают?
— Глухой и тот слышал. — Собеседник в голубом свитском мундире кивнул.
Пара особенно нетерпеливых юных особ, которым мамы так и не успели протолкнуть дорогу к графу, отошли в сторону и шептались, зло потягивая шампанское:
— Видела? Он на меня даже не посмотрел.
— На тебя? — возмутилась вторая. — Это он на меня не посмотрел!
— Значит, у нас ещё есть надежда, — третья, более практичная, отпила и заключила: — Раз он никого не выбрал, значит, всем поровну обидно. Баланс соблюдён.
И только один человек в зале наблюдал за всем этим с профессиональным интересом, не вмешиваясь, — старый герцог Зальт. Он пил вино, перекидывался фразами с соседями и про себя отмечал:
«Парень не мельтешит, не суетится и отрабатывает под таким огнём без потерь, а значит, и с политическим будущим у него будет всё в порядке. Остальное — дело техники и времени».
Глава 15
Альда, разумеется, следила за всеми движениями вокруг объекта своего интереса куда внимательнее, чем позволяла себе показывать. Снаружи — безупречная герцогская дочь, спокойно беседующая с министрами, выслушивающая комплименты и язвительные намёки тётушек. Внутри — тонко настроенный прибор, наведённый на одну-единственную цель.
Она видела, как вокруг него то сгущается, то рассасывается толпа; как он разговаривает — с кем о чём, где улыбается по-деловому, а где по-настоящему. Видела, как он незаметно уходит от слишком липких попыток впихнуть ему в руки очередную «достойнейшую дочь достойнейших родителей», и как вежливо, но твёрдо выстраивает вокруг себя дистанцию, на которую не прорваться ни громкой фамилии, ни шуршанию денег.